Я быстро раскрыла кошелек, мрачные бабы превратились в ласковых тетушек, и у них моментально обнаружилось все необходимое. Каким словом назвать этих врачей? Если милиционер подлец-оборотень, то как обозначить доктора-мерзавца? Вот мой Олег…

Внезапно сердце дрогнуло, Олег больше не мой! Чужой! В носу защипало, я разозлилась и гневно заявила:

– Сдается мне, ты не только от безнадежности не побежала в отделение, просто испугалась, что правоохранительные органы начнут слишком глубоко копать и узнают истину!

Катя прижала руки ко рту, в ее глазах заплескался ужас, мне следовало замолчать, пожалеть пережившую сильный стресс девушку, но я, с одной стороны, почувствовала, что она знает правду о смерти Аси и Веры Ивановны, а с другой – крайне обозлилась на заявление о коррупции в милиции, на себя, некстати вспомнившую об Олеге, поэтому безжалостно завершила начатую отповедь:

– …разнюхают про брачные услуги и незаконные делишки, выяснят, сколько семей распалось при помощи Ильяса и кто из бывших супругов схватился за оружие.

– Вы кто? – прошептала Катя, сливаясь по цвету с подоконником. – Откуда все знаете?

– На лестнице толковать будем? – прищурилась я.

 – Можно и здесь, заодно и соседям радость, двери-то у вас, похоже, из фанеры, все слышно, что снаружи делается.

– Пойдемте в квартиру, – пролепетала Катя.

– Правильное решение, – одобрила я.

– Вы кто? – повторила Катя, когда мы оказались на кухне. – Кто? Зачем пришли? Откуда знаете про Ильяса? Все неправда, мы ничем плохим не занимались, это вранье…

Я подняла правую руку.

– Стой, слишком много вопросов сразу, давай задавать их постепенно. Но сначала скажи, ты хочешь жить?

– Не поняла, – вздрогнула Катя, – в каком смысле?

– В самом прямом, на белом свете.

Или торопишься в могилу?

– Нет, – посерела Катя, – о господи…

– Если собралась благополучно дотянуть до старости, то тебе следует быть откровенной со мной. Вера Ивановна и Ася уже погибли, кто следующий на очереди?

Катя молчала.

– Ты и Лена, – договорила я, – кстати, последняя, очевидно, очень хорошо скумекала, что к чему, раз столь поспешно в Питер уехала и телефон отключила. Но ты-то здесь, и убийца об этом знает.

Катя сидела не шелохнувшись.

– Я тоже буду с тобой откровенной, – продолжала я, – получается, мы в одной упряжке, не знаем друг друга, да сейчас попали вместе в капкан.

Ладно, я Виола Тараканова, она же писательница Арина Виолова, под этим псевдонимом пишу детективы.

В глазах Кати внезапно блеснул огонек.

– То-то вы мне показались знакомой, но я подумала, может, бывшая клиентка, вообще-то, я на фирме работаю, где камины делают. Постойте-ка!"

"С этими словами Катерина подошла к подоконнику, порылась в груде хлама и вытащила донельзя затрепанное бумажное издание.