Конечно, женатый конструктор поступал нехорошо, но никакого желания осуждать Веронику Вера Ивановна не испытывала, и довольно скоро женщины стали добрыми подругами. Ника охотно делилась с соседкой мелкими проблемами и радостями, но никогда не касалась темы отцовства дочки.

Когда Асе исполнилось девять лет, по заводу быстрой птицей пролетела совершенно сногсшибательная весть: жена Марка Матвеевича, Луиза Иосифовна, дама не первой молодости, беременна. Главный конструктор не скрывал своей радости и охотно рассказывал о том, что его супруге очень давно был поставлен диагноз: бесплодие, поэтому кое-какие физиологические изменения в своем организме дама приняла за очень рано начинающийся климакс и по врачам ходить не стала, но потом, когда у нее неожиданно начал расти живот, Луиза Иосифовна испугалась, сбегала-таки к гинекологу и была ошеломлена: ей предстояло вскоре произвести на свет ребеночка.

Завод, на котором трудился Марк Матвеевич, был оборонный. Вера Ивановна, простая уборщица, в конструкторское бюро допущена не была. Более того, там убирали особо доверенные люди, а черновики чертежей и записей жгли в специальной печке. Ясное дело, Вера Ивановна и помыслить не могла, что всемогущий конструктор знает ее, скромную работницу ведра и швабры. Да и не сталкивались они никогда, в местную столовую Марк Матвеевич не заглядывал, а в цех входил в плотной толпе клевретов, его всегда сопровождали начальник смены, старший мастер…"

"Представьте изумление Веры Ивановны, когда однажды она бежала за моющим порошком и была остановлена Марком Матвеевичем, который в гордом одиночестве стоял в укромном коридоре, ведущем к складу.

– Вера Ивановна, – сказал он, – подожди!

– Вы мне? – пролепетала в страхе поломойка.

– Тебе, тебе, как дела?

– Хорошо, спасибо, – в полуобморочном состоянии ответила уборщица.

– Хочу тебя об одолжении попросить, – сурово сказал конструктор, – вот, передай Веронике!

С этими словами Марк Матвеевич вынул из кармана толстый конверт и сунул его в ладонь Веры Ивановны. Она не успела вымолвить и слова, как генеральный конструктор в прямом смысле этого слова провалился сквозь землю.

Вера схватилась за стену, потом, встав на колени, стала внимательно изучать плитку, которой был устлан коридор, и сообразила, что в одном месте, том самом, где только что стоял Марк Матвеевич, оборудован люк. На оборонном заводе имелось много тайн, о некоторых, типа особой ветки метро, подведенной к предприятию, знали практически все, о других – лишь очень ограниченный круг людей, о третьих, похоже, только Марк Матвеевич и директор.

В тот день Вера испытала еще один шок. Придя домой, она передала письмо Нике.

– Это что? – воскликнула соседка.

Вера Ивановна деликатно опустила глаза.