Но мои старания оказались тщетными. Тихон нашелся у порога. Он строгал какую-то палочку и при моем появлении вскочил на ноги.

— Здравы будьте, княжич, — мужичок расплылся в улыбке. — А вы еще не спите?

— Я был у Александра, — вздохнул я, смиряясь с судьбой.

— А мне женушка моя все уши прожужжала. Прямо не остановить ее. Уж вы знаете, какая она у меня говорливая. Не переслушаешь ее.

— Да неужели, — отозвался без особого азарта.

— Ага, — закивал дворовой, — вот она мне и говорит: Прошка позвонил и похвастался, что теперь будет работать у Морозовых.

— Все так.

— «Ну конечно», говорю я ей, — не обращая внимания на мой ответ, продолжил Тихон, — Кто в дом приведет домового, когда в доме уже есть домовой? Это значит, что в следующий раз дворового второго приведут? «Не может быть такого», говорю я Марфушке.

— Ясно…

— Марфушка — это моя женушка. Имя-то ей дал ее батюшка в честь тетки, которая…

— Тихон, — прервал я излияния помощника. — Ты к чему ведешь?

— Веду? — озадаченно уточнил мужичок. — Кого я веду? Куда? Никого не веду. Вы чего-то путаете, княжич. Иногда говорите много, и не все понятно.

— Что поделать, — я пожал плечами. — Так ты решил, что Прохор приедет сюда жить?

— Я? — собеседник замотал головой. — Я такое решить не мог. И не я тут решаю, княжич. Стало быть, вы решаете. Так?

— Так.

— Значитца, права была Марфушка, — охнул мужичок и стянул с головы шляпу и принялся сминать широкие поля. — А я ведь к Федору привык. И как же так? Федор-то и с бабой ентой, секретуткой вашей справляется. Прошка-то не сдюжит с нею…

— Тихон, — позвал я без особой надежды. — Ты ошибаешься.

— Не, — дворовой мотнул головой. — Не справится Прошка с бабой водяной. Она ж не пресная русалица. Такую бы даже я не опасался бы. А ваша секретутка — соляная. Токма…

— Тихон, — я уже терял терпение. — Ты ошибаешься. И Прохора сюда никто не примет.

— Ох, — тотчас погрустнел мужичок. — Так, стало быть, он ошибся? И договора с вами не заключал? Ох, беда-беда. Пропадет ведь, одичает…

— Нет. Не одичает…

— Одичает! Он станет лохматым и злым. И его депортируют. Профсоюз заберет! — выкрикнул Тихон и неожиданно жалобно всхлипнул. — Надобно ему рекламцию устроить. Ведь негоже, чтобы хороший домовой пропадал. Княжич, вы же добрый. Вам же не все равно…

— Прохор будет служить в Морце, — почти выкрикнул я, чтобы оборвать речь дворового.

— А чего вы на меня кричите, барин? Серчаете? Я что-то не то сказал? Вроде же молчу…

— Мы с Прохором заключили соглашение. А завтра он получит работу в Морце.

— Очень надеюсь, что ему понравится. И с Миколой подружится. А там глядишь, и сынок мой подрастет и дворовым пойдет туды. А? — он с детской радостью прижал ладони к груди. — При годном домовом и во дворе работать сподручнее.

— Тебе виднее.