Разнаряжена она была так же роскошно, как и ее сестра, но полюбоваться и позавидовать я не успела, потому что Ингунда ждала ответа.

— Нет, госпожа, я никоим образом не равняю себя с ее величеством, — ответила я смиренно и прибегла к тому же средству, что и Нантиль, — но милорд сам приказал мне накраситься…

Упоминание о драконе поубавило спеси у первой конкубины, но сдаваться она не собиралась:

— Но и это не дает тебе права так бесстыдно смотреть по сторонам, — сказала она. — Зачем высматриваешь? Думаешь, что украсть?

— Нет, госпожа, — я поклонилась и раз, и два, чтобы ей было приятно, — просто поражена вашим превосходным вкусом — комната убрана по-королевски.

Гордое лицо Ингунды немного смягчилось — несомненно, похвала была ей приятна, но она не пожелала баловать меня хорошим отношением:

— Поглазела — и хватит. Убирайтесь, я как раз хотела отдохнуть, пока вы не помешали.

Мы с Нантиль не заставили ее повторять дважды и поспешили уйти.

— Я еще проверю, не солгала ли ты мне, Нантиль! — сказала нам вслед Ингунда.

— Наверняка, подкарауливала нас, — прошептала Нантиль, когда мы отошли достаточно далеко, чтобы нас не могли услышать на четвертом этаже.

 — Увидела в окно и ждала, когда мы поднимемся. Ей все время чудится, что у нее что-то украли. В прошлом месяце она потеряла кольцо с изумрудом и обвиняла слуг, и била их всех, пока кольцо не нашлось у нее в постели. Она сказала, что кольцо подкинули, но все знают, что она сама его потеряла.

Комната Нантиль была обставлена гораздо скромнее, чем покои первой конкубины, и сразу становилось понятно, что хозяйка не слишком заботится об уюте и красоте. На стене висел арбалет, а на сундуке (безо всяких вышитых покрывал) валялись арбалетные болты.

Были здесь и два лука со снятыми тетивами, и вороньи перья для стрел, и сами стрелы, живописно разбросанные на столе. Нантиль сдвинула их локтем, поставила блюдо с угощением и сказала:

— Садись на скамейку, она удобная, а у кресла ножка сломана.

Я села на скамейку, Нантиль придвинула табуретку и первая взяла слоеный пирожок.

— Отсюда видны даже шпили церкви святых Байи и Бреги, — она указала в окно. — Я хожу туда каждую неделю.

— Милорд Гидеон разрешает такие далекие прогулки? — не удержалась я от язвительного вопроса.

— По воскресеньям он никогда не выходит, и ему нет никакого дела до остальных, — ответила Нантиль просто.

— Потому что по субботам он превращается в дракона?

— Я не знаю, — Нантиль покачала головой. — Говорят, что так.

— И лучше болтать об этом поменьше, — сказала Фрида, заходя в комнату без стука, — пока вас кто-нибудь не услышал, — она поставила на стол кувшин, вкусно пахнущий грушами и медом, и две кружки.