— С такими глазами нелегко примерить монашеский куколь, верно?

Он был так уверен, что облагодетельствовал меня, что просто сиял. За окном раздалось радостное щенячье повизгивание — наверное, Нантиль выгуливала Самсона. Я передвинула в сторону шкатулку, поставила локти на столешницу и медленно произнесла:

— А вы уверены, милорд, что я и в самом деле тяготилась монастырской жизнью? Разочарую вас. Мне там нравилось. Я хотела остаться в монастыре до самой смерти. Но вы, своим вмешательством, лишили меня всего и сразу.

Неужели вы не понимаете, что всякая разумная женщина предпочтет монастырь жизни в миру? Потому что она выберет свободу.

16. Легенда о Мелюзине

Черные глаза дракона на секунду утратили насмешливость.

— Свобода в монастыре? Это заба-авно, — протянул он. — Впервые слышу подобную ересь. Сестра Виенн, ты ведь говоришь это, чтобы меня уязвить?

— Вы слишком подозрительны в отношении меня, — я постаралась как можно небрежнее перевернуть пергаментный лист, на котором был запечатлен во всех подробностях завтрак в обществе драконов.

 — Я сказала чистую правду. Но судя по выражению вашего лица, вы даже не задумывались, что женщина может мечтать о чем-то.

— О свободе? — уточнил он.

— О ней, — подтвердила я.

Он пару раз хмыкнул, покрутил головой и сказал:

— Но причем тут монастырь и свобода? Хоть убей, не понимаю, как эти двое могут сожительствовать и не драться?

Меня покоробило его пренебрежительное высказывание, и даже не знаю, что задело больше — касательство святыни или женской свободы.

— Если бы не я, ты бы сидела взаперти, — рассуждал дракон, — спрашивала бы разрешения на каждый чих у своей наставницы, и единственным твоим развлечением были бы сплетни о сестрах и возня с цветочками в монастырском саду."

"— Да что вы? А еще — чтение книг в монастырской библиотеке.

— Кому интересна эта замшелая мертвая писанина?

— Мертвая? Похоже, вы не знаете, что такое книга. Это дорога во времени.

— Вот как?! — деланно изумился он.

— Читая книги, я общалась с мудрейшими людьми прошлого, — теперь я говорила горячо, веско, потому что мне очень хотелось донести до темного драконьего сознания, свою правоту.

Объяснить, насколько он ограничен в своем понимании свободы. — Их уже давно нет, но я беседовала с ними так же, как с вами. И узнала из этих бесед больше, чем от вас!

— Что толку от твоих знаний, если ты заперта? — спросил он.

— А разве здесь я свободна? — я не утерпела и вскочила, раскинув руки.