Сначала запереть дверь, потому что убегать через коридоры я не собирался. Нарвусь на кого-нибудь с автоматом, и всё, конец.

Так, теперь избавиться хотя бы от тех цепей, от которых есть ключ. Кандалы упали на каменный пол, я пнул их в угол. Мои татуировки на предплечьях начало жечь сильнее. Ничего, скоро придёт и ваше время.

Я снял с надзирателя чёрную куртку и ботинки, потому что у меня из серой тюремной робы только рваная рубашка и штаны. Ещё взял ремень с кобурой. Оружие не помешает.

Одежда нужна не для маскировки, все надзиратели всё равно знают друг друга в лицо. Просто, чтобы не замёрзнуть. Осень уже, как-никак.

Поднял труп, забросил в койку и накрыл одеялом. А потом полез под кровать. Вот и он, огромный плоский камень. Сколько же лет ушло у меня, чтобы тебя вытащить. Я зацепил его своими самодельными инструментами и потянул.

Едва я отодвинул каменюку, как в лицо сразу ударил холодный воздух.

— Где надзиратель Петерсон? — раздалось в коридоре.

— Он разбирался с заключёнными в блоке Бэ!

— Найди его! У нас эвакуация!

Я отодвинул тяжёлый камень подальше. За ним проход, который я выбивал сам, все эти годы. Ну не все годы, а только когда появился священник. Он меня надоумил на это.

Полез вперёд. Новое тело, в которое меня пересилили вчера, пролазило отлично, длинный и худой, идеально для побега. Даже смог повернуться в этой нише в самом начале прохода и снова заложить проход камнем. Даст немного форы, пока поймут, что случилось.

В проходе холодно, ветерок дул в лицо. Я полз, задевая спиной потолок.

Взрыв!

Здание начало дрожать. Я на мгновение подумал, что проход сейчас обвалится и я останусь замурованным здесь до смерти, на этот раз окончательной. Но повезло. Что это было? Главный калибр боевой ригги? Вполне возможно.

Будто пилоты решили сравнять это место с землёй.

Я прополз дальше. Тридцать долбанных метров, по году на каждый. Но несколько лет я ход не рыл, потому что мне досталось тело толстяка, которое никак не хотело худеть на тюремной баланде.

И сколько ещё лет перед этим я сидел прикованный к стене? А после этого просто лежал, смотря в потолок, пока священник, с которым мы общались через дыру в стене, не рассказал мне одну историю про побег. Это меня вдохновило.

Очень много лет я провёл здесь, не знаю, сколько точно, со счёта сбился давно. Но я всё равно должен узнать, что случилось с ними всеми тогда. Помогло ли им то, что я совершил в тот день? Тогда я пошёл на многое.

Впереди виден тусклый свет через щели в камнях, проход заканчивался. Он выводил меня на старый тюремный прогулочный двор, которым уже никто не пользовался.

Мне прогулки не полагались, но священник мог гулять. Он и рассказал мне, как лучше отсюда сбежать.