– Или я пропустила?

– Не пропустила. – Он внимательно посмотрел на меня. – Выглядишь уставшей. Как Данил? Я звонил в больницу, там сказали, что сегодня его переводят в обычную палату. Но хотелось бы конкретики.

– У него сотрясение, – я указала Игорю в сторону кухни. Прежде, чем пройти, он разулся. Взгляд мой задержался на его руках. Почему, я и сама не знала. Это были чужие руки. Не те, которые я хотела чувствовать. Родные, но всё равно чужие. Руки друга и не более. Почему я не призналась себе в этом раньше?.. – И он распорол бедро. Но это заживёт. Хорошо, что бедерная артерия оказалась не задета.

– Шрамы украшают мужчину.

– Да уж, – отозвалась я со вздохом. – Поменьше бы таких украшений.

Вместе мы прошли к столу. Я потёрла лицо руками. Тряхнула головой, отгоняя усталость, и потянулась было за кофе. Игорь взял меня за локоть. Забрал пачку.

– Я сам всё сделаю.

Я не возражала. Присела и, дождавшись, пока он запустит кофемашину, спросила:

– Наташа как?

– В порядке, – на меня Игорь не посмотрел.

Сомнений не осталось. Я наблюдала, как он, одетый в безупречно отглаженную рубашку, делает бутерброды, а сама поражалась, что ничего не замечала раньше. То ли он не давал возможности, то ли я была так увлечена собой, что не хотела замечать. Молчание длилось до тех пор, пока не была готова вторая чашка кофе. На стол передо мной опустилась тарелка с подогретыми бутербродами. Я не притронулась к ним – не сводила глаз с друга. Наконец взгляды наши встретились.

– Это случилось дважды, – после недолгой паузы выговорил он. Невесело усмехнулся уголками губ. – Она приехала ко мне в ресторан. И что-то… – качнул головой. – Это было как помутнение. Мне нужна была помощь в выборе текстиля, она согласилась помочь. А потом…

– Вы занялись сексом.

Игорь глянул на меня из-под бровей. Снова усмехнулся. И снова невесело.

– Ты в курсе, что Данил изменял ей налево и направо?

Я догадывалась об этом. Но говорить вслух не стала. Сколько угодно можно держаться за дырявый спасательный круг, да только всё равно утонешь. Данилу нужен был толчок, чтобы разорвать замкнутый круг, только и всего. Стремительный, неукротимый, верен он мог быть только женщине, которой принадлежит его сердце.

– В тот день они поругались. Наташа не выдержала, рассказала мне. В общем-то, всё.

– А второй раз?

– А второй раз… – он глубоко вдохнул и шумно выдохнул. Поставил передо мной чашку с кофе. – Чёрт его знает. Данил уехал, перед этим они снова поцапались.

– И Наташа пришла искать утешение к тебе.

– Это уже не важно.

– А что важно?

Мы снова встретились взглядами. И вдруг я всё поняла. Слишком серьёзно и пристально смотрел Игорь. Губы мои приоткрылись, пальцы стали холодными и влажными.

– Она от тебя беременна, – прошептала я.

– Да. По срокам всё сходится.