В противном случае я бы окончательно озверела.

– Садись, в ногах правды нет, – усмехнулся Кир, бросив насмешливый взгляд на моего младшего братца."

"Семен лишь насупился, скрестил руки на груди. Обиделся, ага. Потому что ранение на попе все еще болело. И это был позор для брата. К тому же, благодаря нашему семейному доктору Айболиту, каждый знал, куда именно получил «огнестрел» Семен, позор Семена стал общим достоянием и поводом для шуток.

Над позорной и унизительной царапиной на ягодице Семы не смеялась лишь мама. Потому что «сыночек рисковал здоровьем ради спасения нашей семьи».

Можно подумать, мой Кирюша рисковал чем-то другим! В итоге Семке, раненому в задницу, достались лавры победителя и исполнение любых капризов. А моему Грому – ссадины и ушибы от папы!

– Очень смешно! Прям вот обхохочешься! – недовольно скривился брат. – А между прочим, я к вам с предложением. Если вы двое отпросите меня у матушки, то я гарантирую вам пару часов уединения.

Я взглянула на Сему. И дураку понятно, если откажемся, то этот зануда не отстанет. Так и будет торчать здесь, всем своим видом показывая, что выполняет поручение отца.

– И куда ты намылил свой подстреленный зад? – хмыкнул Кир.

От руки моего Грома, намертво пришпиленной к моей спине, шло невероятно соблазнительное тепло. Я могла думать лишь о том, что вот уже неделю он не целовал меня по-настоящему. Короткие поцелуи на прощание и при каждой встрече – не в счет. Мне их было катастрофически мало. Судя по жадным взглядам Кира, и ему мало наших встреч при всех.

– У Димона в гараже хотим потусить. Это вам хорошо, шалите потихоньку. А мне хочется женской ласки. На крайний случай – неплохого секса, – голосом умирающего продолжил Семен, вздыхая после каждого слова.

– И с кем же у тебя будет секс у Димона в гараже? С Димоном? Или с его развалюхой ржавой? – не удержалась я от язвительного замечания.

– Дура, – беззлобно вздохнул Семен. – Ну, так что решили? Мне здесь с вами торчать, или каждый из нас займется более интересными делами?

Кирилл посмотрел на меня. Спокойный, уверенный взгляд, а в его глубине – зарождающееся пламя. Я покраснела от смущения, прекрасно понимая, что именно обещал мне Кир.

Подскочила со своего места. Невольно поежилась от легкого ветерка, когда оказалась вне теплых объятий Грома. Взглянула на брата.

– Ничего не обещаю. Поговорю с мамой.

И торопливо ушла по тропинке, ведущей к дому. Мои мысли стремительно мчались в опасную сторону. Заставила себя глубоко вздохнуть, успокоиться.

Так, а какое же на мне белье? Надо бы успеть переодеться, что ли. Не показываться ведь мне перед Киром в трусах в красный горох!

Прибавила шаг. Маму я нашла на кухне. Мне повезло, настроение у грозной матушки было отличным.