Митька утверждал, что натыкался на меня в коридоре квартиры и до того дня, когда у них с Ларисой произошел скандал в благородном семейства, но я, хоть убей, не могла припомнить ни одного такого раза. Потом Митька, как бы между прочим, заметил, что встречался со своей теткой Аллой, хозяйкой квартиры. Я напряглась, как напрягалась каждый раз, опасаясь перемен. Я не хотела перемен. В том, как мы жили, меня все устраивало. Неопределенность наших отношений была для меня куда лучше определенности моей прошлой жизни. Но Митька меня успокоил.

– Я решил выкупить у нее квартиру. Тетка, кстати, не против, и по цене мы с ней договорились, так что… вот, вчера получил разрешение на ипотеку.

– Ипотека, значит, – ехидно усмехнулась я. – Все, значит, кончилась молодость.

– Ага. Какая молодость, ипотека на тридцать лет. Кстати, еще хотел спросить. Не хочешь замуж за меня выйти?

– Замуж? За тебя? – я сделала вид, что в шоке.

– Ну, я просто подумал, может, нам пожениться? Раз уж мы ипотеку берем.

– Действительно, логично, – хмыкнула я. – Заодно и выплачивать можно напополам.

– Естественно. Чистая корысть с моей стороны, – подтвердил Митя. – Так что? Выйдешь за меня? Со своей стороны гарантирую как минимум тридцать лет стабильных отношений. Соглашайся, предложение выгодное.

– Слушай, – сказала я с самым серьезным видом. – Ты мне не мог бы… бутылку дать, а то я свою допила, а вставать неохота.

– Бутылку? – опешил он.

Я кивнула на упаковку пива, стоявшую рядом с ним. Митя достал бутылку, открыл и протянул мне. Я посмотрела на Москву с высоты крыши и рассмеялась.

– Какие-то мы скучные стали, не считаешь? Ипотеку берем, женимся. Глядишь, и еще детей нарожаем. Никакой экспрессии. А, Митя?

Мы чокнулись бутылками и выпили за то, чтобы наша жизнь оставалась такой же скучной во веки веков. Потом еще повалялись на крыше, наслаждаясь теплом. Я хотела сказать Митьке, что последний год был самым счастливым в моей жизни и что я люблю его, в самом деле, люблю. Никогда не могла даже предположить, что любовь может быть такой тихой и спокойной, но сильной, как широкая медленная полноводная река."

"Я не стала ничего ему говорить – побоялась сглазить. Вместо этого спросила, под какие проценты мы берем ипотеку. Все-таки, как ни крути, я была дипломированным экономистом, планировала работать в банке сразу после декретного отпуска и в вопросах ипотечных процентов соображала лучше его. Митька тут же принялся спорить, доказывать, что именно там, где он взял кредит, условия самые лучшие, если сравнивать по многим показателям, и что процентная ставка – это не единственный критерий, на который нужно опираться. Митька даже строил какие-то графики в воздухе, а я хохотала и дразнила его.

– Сонька, как же ты меня бесишь, а! – воскликнул он.