Застегнуть маленький замочек у меня получилось только с третьего раза, поскольку фея постоянно вертела головой и кусалась. А затем неожиданно выгнулась, когда камень в ложбинке груди вспыхнул.

И через несколько секунд ее взгляд прояснился.

— Что?

Я устало села на пол. Ни правила этикета, ни грязь меня сейчас не волновало. Облегчение сдвинуло тяжелую гору с плеч после пережитого. Рядом пристроился Драго. Он ткнулся носом в мою ладонь и дружелюбно шевельнул хвостом. Я не воспротивилась, когда ящер, цепляясь коготками за ткань, забрался мне на колени. Протянула руку дрожащим близняшкам и позвала их:

— Идите сюда.

Девочки нырнули в мои объятия. Сегодня слишком много случилось. Достаточно, чтобы впредь не отталкивать друг друга.

— Бабушка умерла, да? — услышала тихий вопрос Маргарет сквозь всхлип.

— Что случилось? — Морриган повертела головой.

Осознание приходило к ней постепенно. Прекрасные черты искажались по мере того, как память подбрасывала воспоминаний. Я крепче прижала к себе девочек и закрыла глаза.

— Боги.

— Тише, Морриган, все хорошо, — уговаривал фею Даниэль.

Ничего хорошего не будет, мы знали это. Даже чудом избежав наказания, себя мисс Делейни точно не простит. Страдания в ее голосе и боль в словах откликнулись в моем сердце.

— Я почти убила тебя... Боги, та девушка... фея.

Даффи опустил голову, и Морриган взвыла. Горько, почти истерично. Она цеплялась пальцами за Даниэля, будто искала в нем опору.

А где-то за окнами вместе с нами плакали небеса над Аркантом, отстукивая мрачную мелодию по стеклам.

Глава 92

Я взяла себя в руки.

Спустя полчаса или час поднялась с пола, привела в порядок платье и дала указание Даффи, чтобы привел служанок. Морриган и близняшкам требовались покой, сон и тишина. Особенно фее, поскольку ее истерика никак не утихала. Возможно, рядом с герцогом. Поэтому я тонко намекнула, что бродить по Арканту в одних брюках его светлости не стоило.

В конце концов, замок не отапливался по-человечески.

— Леди МакГиннес! — голос запыхавшейся служанки прозвучал весьма кстати. На нервной почве я уже расписывала ошеломленному Даниэлю ужасы воспаления легких.

Занимала голову, хоть чем-то. Глупой болтовней, странными предсказаниями. Да что угодно, лишь бы не думать о произошедшем у источника.

— В чем дело? — я резко повернулась и увидела испуганную девушку. Молоденькая полуфея хлопала ресницами, пока его светлость нашел остатки своего сюртука неподалеку и прикрывался ими.

— Мы... мы... мы..."

"Бедная девочка совсем раскраснелась, начала заикаться. Она торопливо поправила свежий фартук, который был ей мал. «Из новеньких», — подумала я равнодушно, ощутив, как близняшки зашевелились рядом.

— Да говори уже! — раздраженно рыкнула я. С моим окриком вздрогнули все, даже Даффи.