К тому же ты все еще не научилась летать, так почему бы не попробовать сделать это вместе?

Мали продолжала тихонько всхлипывать, но уже без прежней горечи. Не зная, как поступить, я бросил что-то насчет еды и быстро выскользнул за дверь. Сердце в груди билось, точно птица в запертой клетке, разбивая в кровь хрупкие косточки крыльев под ярким оперением. Прикрыв глаза, я попытался успокоить расшалившийся дар и собственные чувства.

— Бабу-то утихомирил, — хмыкнул голос из-за угла, заставляя вздрогнуть, и я повернул голову к его источнику. Арни вышел на свет. — Молодец.

— Ага, — кивнул я. — Пусть принесут еду и помогут Амалии привести себя в порядок. Хочу поговорить с Мойной и расставить последние точки. Еще надо Регни отогнать...

Бедный дракон. Поди с ума сошел от скуки, как бы ни сжег чего.

— Ой, МакГиннес. Вроде голова варит, а все равно дурак дураком.

Я нахмурился и остановился у лестницы.

— Это почему? И хватит подслушивать! — цыкнул недовольно, на что полугном развел руками.

— Работа у меня такая. А насчет «почему», — ехидно фыркнул он. — Ты своей феечке про близняшек рассказал?

Внутри все заскребло и похолодело враз. Чешуйчатые хвосты, Джини с Маргарет!

— Вот, — довольно хохотнул Арни, поглаживая рукой бороду, затем довольно прищурился. — Представляю лицо твоей невесты, когда она познакомится с маленькими исчадиями Бездны. Ох-хо-хо, копай яму, МакГиннес. Хуже, чем твоя сумасшедшая семья

— твои дочери!

Глава 5

«Согласны ли вы, Амалия Изабелл Браун, леди Сент-Клер, взять в законные мужья.».

Я закрыла глаза и вновь воскресила в памяти свадьбу в Ландоре."

"Повсюду цветы, ликующий народ, едва оправившийся после бунта, и бесконечное многообразие радостных лиц. В глазах каждого жителя — надежда. На главной улице все еще проводили ремонтные работы, но большую часть домов успели восстановить в первозданном виде. Только храм богов не удалось привести в порядок до конца, потому из щелей и пробоин на крыше постоянно дуло. Озорной сквозняк разгуливал в зале меж скамей и величественных колонн, огибая статуи, пока мы с принцем Абелем стояли у алтаря. Священник все тянул свою заунывную речь, но я помнила, как вздрогнула, стоило его высочеству произнести роковое слово: «Согласен».

Назад дороги не было. Ни у него, ни у меня.

Тот отказ уничтожил все: репутацию, положение и надежды на будущее. Мой мир буквально разделился на «до» и «после».

Сколько себя помню, я всегда мечтала удачно выйти замуж. Нас этому учили, нас к этому готовили. Даже моя благоразумная, интеллектуально одаренная кузина подбирала супруга весьма рационально. Выбор сестры пал на принца Эрика, младшего из династии Трастамара

— озорного красавца с каштановыми кудрями и светло-зеленым взором.