— Хм, ребята! Никаких проблем нет, может обошлось? — радуется папа.

Сто пудов обошлось, я вылечил отца в реале игровой магией! Писец. Сам в шоке! Маны на лечение не хватает, и я иду в игру и заряжаюсь от алтаря. Ко мне бежит радостная Русалка, но я невежливо говорю, что сильно занят. Выход в игру в общественном месте может стоить пятнадцати суток! Оно мне не надо. И так народ косится на меня, не поощряется бросать свою тушку в стазисе на людях. Но вслух никто ничего не говорит, у всех свои проблемы. Вызывают папу на рентген, потом ожидание приёма.

— Повезло мне, — с довольной лыбой говорит папа, выходя из кабинета травматолога.

Едем домой, хотя у папы ещё смена не закончилась, но ему дали на пять дней больничный. В такси захожу в игру, и проверяю логи.

Все верно, 100 минус 20 % за ранг диагностики, итого расход маны 80, потом обезболил отца, тоже 80. Потом зарядился до упора и вылечил отца. А это триста минус 30 %.

То есть двести десять маны. Да, да. Лечение у меня третьего уровня навык уже!

Сидим дома, я маме пояснил, как мне писать в игре, через почту Владетеля я всегда на связи. Отец уже бухнул и поёт красивым баритоном:

Тридцать три богатыря порешили, что зазря

Берегли они царя и моря.

Каждый взял себе надел, кур завел и там сидел

Охраняя свой удел не у дел.

Ободрав зеленый дуб, дядька ихний сделал сруб,

С окружающими туп стал и груб.

И ругался день-деньской бывший дядька их морской,

Хоть имел участок свой под Москвой.

Ты уймись, уймись, тоска

У меня в груди!

Это только присказка —

Сказка впереди.

А русалка — вот дела! — честь недолго берегла

И однажды, как смогла, родила.

Тридцать три же мужика — не желают знать сынка:

Пусть считается пока сын полка.

На куплете про русалку я ору громче папы! Очень мне про неё понравилось! А чё? Выпил, имею право! Отца вылечил! Маме тоже налили, но она у нас скромная, не поёт, хотя и имеет красивый голос. И стаканы у нас забирает. Короче, сидим с батей, дегустируем отличный самогон его свояка — моего дядьки. Звонок в дверь. Мама, как самая трезвая, идёт открывать. Слышу шум, батя тоже слышит, подрываемся, и в коридор.

— Вы извините, но он сейчас отходит от наркоза! — нагло врёт мама.

В двери стоит начальник папы, и он нас заметил.

— Дмитрий Лексееич! Вы официально уже два дня как в отпуске, — кричит мослатый дядя лет сорока пяти отцу.

— Как это? — не понимает папа. — Ну-ка Оля, отойди! — строго говорит он.

Мы с мамой подобрались, понимая — после такого начала ответ отца может быть любой! От поцелуя взасос до удара в челюсть!

— Сейчас очень строго наказывают за производственные травмы, ты уж не педалируй эту тему, — бубнит начальник отца.

— Чё? Не педа… А! Ты про это! Да без проблем я гото…, — с облегчением отзывается отец, но не заканчивает фразу.