Я же просто приказал при штурме городов не особо заботиться о местном населении, а тех, кто будет помогать немцам, в плен не брать, а расстреливать на месте.

-Дмитрий Григорьевич, а это не слишком?

Спросил меня мой начальник политотдела. А у меня перед глазами стояли парады прибалтийских эсэсовцев, тех, кто выжил и дожил до наших дней. Теперь они были не преступниками, а народными героями, зато против наших ветеранов новая прибалтийская власть устраивала судебные процессы, а кроме того сносила памятники советским солдатам, которые погибли очищая её от фашистов.

А ведь кроме того были и карательные отряды, которые хорошо отличились в зверствах против мирного населения в Белоруссии и на Украине. Да и сейчас, когда началась война, то это так называемое мирное население стреляло в спины нашим бойцам и командирам, а потому у меня не было ни капли жалости к ним.

-Геннадий Петрович, может вы не в курсе, но с самого начала войны прибалты стреляли в спины нашим бойцам и командирам, а кроме того, как только Прибалтика была захвачена противником, то тысячи прибалтов пошли служить немцам.

Ладно бы просто в обслугу или нестроевые части, но они организовали собственный легион СС, а кроме того в Белоруссии и на Украине отличились их карательные отряды, где они воевали с мирными жителями. После всего этого у меня нет ни малейшей жалости к ним, а после войны необходимо ликвидировать все эти республики, а население переселить вглубь страны и тщательно следить, что бы оно не собиралось компактными группами, а вместо этих республик сделать одну Прибалтийскую, а населить жителями других регионов СССР."

"Моему брехуну нечего было на это ответить.

Открыто я конечно это не показывал, но ещё с прошлой жизни недолюбливал этих брехунов, а тут тем более. Власти много, а ответственности считай ни какой, сколько командиров они подвели под цугундер вмешавшись в командование, пока наконец не отменили это дебильное двоевластие. Главное приказ изменял или отменял политрук, а за провал вследствие этого отвечал командир, кретинизм чистой воды. За следующий день мы вышли к Екабпилсу, который находился на берегу Западной Двины. Одновременно выстраивалась новая оборона по обоим сторонам пробитого коридора, причём немалую роль тут отводилась манёвренным группам, которые должны были своевременно ликвидировать любые попытки противника перерезать этот коридор. За два следующих дня, пользуясь отсутствием обороны, мои части, двигаясь по восточному берегу Западной Двины, достигли Риги, где и остановились, охватив её по восточной части в полукольцо. Все присылаемые мне подкрепления шли на усиление пробитого коридора, так как попытки немцев его перерезать не прекращались.