Как такой здоровила-медведь может быть таким душкой? Котиков любит, девушек из беды спасает. С ума сойти. Живет один, мастер на все руки, в технике разбирается. Просто идеальный мужчина. Наверное…

В школе был совершенно другим человеком. Я к нему подойти боялась. У него вечно костяшки были содраны, а глаза украшали фиолетовые пятна. После школы он был организатором «стрел» между учениками разных классов или школ. Эдакой местной грозой района. Было время, что эта гроза ходила за мной по пятам. А я тряслась как трусиха. Боялась его. Жутко. Думала – побьет. Поэтому и пыталась игнорировать. Но задираний избегать не удавалось.

Все они идеальные, пока не затащат в постель. Пока не наиграются, получив своё. Для большинства представителей мужского пола это как азарт, заложенный природой. С целью как можно больше осеменить самок. Но если в нашем обществе принято нести ответственность за плоды своих сексуальных утех, то не все современные мужчины принимают это условие. Банально денег не хватит на содержание потомства. Проще предохраняться и трахаться в своё удовольствие. В животном мире как происходит? Осеменил – и забыл. Самке не надо платить за квартиру, за еду, за одежду и учёбу своему детёнышу. А у человека всё по-другому. Потребности в сексе, как у зверей, остались. Но правила жизни изменились в силу ответственности за свои поступки. Неподчинение – наказание. Условный рефлекс усвоен.

– Давай, Ди, шутки в сторону, рассказывай. Я ведь знаю, что то, что ты рассказала следаку, лишь поверхностная информация. Я хочу тебе помочь. Хочу найти твоего ребёнка.

– Царёв очень опасный тип… – выдыхаю. Пальцы начинают невольно дрожать.

– Поверь, я ещё страшнее. Когда злой, – сжал чашку с таким напряжением, что костяшки побелели. – Ты же меня знаешь. Помнишь, как в школе? Каким я был недоноском?

– Я… я. Да, помню, – опускаю голову, смущаюсь, разглядывая Дымку, уснувшую на моих коленях.

– У меня есть друзья. Много хороших и влиятельных друзей. Я смогу тебя защитить.

– Л-ладно, – он умеет убеждать. – Расскажу. Как есть.

Если не сгорю от стыда. От отвращения к себе. Когда признаюсь хорошему человеку, что любил и восхищался мной полжизни, в том, что я жадная шлюха, которая спала с богатым стариком ради денег. Потом ещё и ребенка от него заимела. А этот гондон меня как бездушную вещь в грязь вышвырнул. Когда надоело играться. Ради дочки я согласная на всё. Больше ведь не к кому обратиться.

– Прекрасно. Знаешь, Обухов мне впаривал, что ты врёшь. Тыкал в лицо этими сраными бумажками с анализами и заключениями врачей. Но я не поверил. Давно уже не верю. С того самого момента, когда моего друга, ехавшего на байке поздним вечером, насмерть сбил пьяный мажор на «Майбахе». Дело быстро закрыли.