Вообще не думал, что на такое способен. Хотя в свои самые безрадостные, самые тяжелые напряженные ночи и мечтал найти ту единственную, свою… Мечтал о том, чтобы вот так… на разрыв, чтобы все внутри переворачивалось, теснилось, без возражений впуская свою женщину. Со всеми её страхами, комплексами и секретами, которые бы ему так хотелось в ней разгадать. Просто он так долго ходил по краю, что разучился мыслить категориями полумер. Любить — так любить. Как в песне. Вот, как он для себя это видел. И… ведь случилось же! Когда и веры почти не осталось. Влетел! По классике — в самый неподходящий момент и в самую неподходящую женщину. А теперь что? Как быть? Черт его знает. Она уже в нем. И отказаться от неё Матвей был не в силах. И что делать теперь, не знал. Не будь в ее тайнах замешаны судьбы детей, он бы вообще послал всех и вся к такой-то матери и отбросил бы прочь все сомнения. Но ведь дети… Дети! И ничего не понятно. Есть её вина? Нет? И как он будет жить, если все же окажется, что Оксана замешана?

Матвей наблюдал за ее окнами. Свет выключался то в кухне, то в спальне… И ему хотелось, наплевав на все, пойти на этот свет. Ему ужасно её не хватало. Они виделись меньше суток назад, а у него внутри уже зудело, и хотелось снова её обнять, вдохнуть полной грудью знакомый аромат и заняться с нею любовью, вытесняя из памяти своей женщины всех других. Заштриховывая прошлое, в котором по ошибке не было его.

Матвей уехал, когда понял, что встреча Оксаны с бывшим сорвалась. Он не приехал. Мат не видел ни его машины, ни самого мужчины, чья фотография хранилась у него в телефоне.

С Оксаной связался уже ближе к обеду. Первый вызов она сбросила и ответила лишь минут через десять, когда он додумался перезвонить на перемене. Для этого Веселому пришлось зайти на сайт школы и поинтересоваться расписанием звонков.

— Привет…

— Привет…

Голос Оксаны Матвею показался неестественно хриплым и надтреснутым. Он звучал… безжизненно. Вот, пожалуй, самое точное определение.

— Как ты?

— Не очень хорошо, если честно.

— Что-то случилось?

— Да, Матвей… Случилось. Я причинила боль человеку, который меня любил.

Мат стиснул челюсти. Он ничего не понимал. Выходит, они все же поговорили?

— Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти.

— Неужели? — сухо спросила она.

— Да. Меньше всего я хотел, чтобы ты переживала."

"— Извини… Я сегодня плохой собеседник, — вздохнула Оксана. — Так ты просто звонишь или что-то хотел?

Вообще-то он хотел уточнить, что происходит! Объяснилась ли Оксана со своим бывшим? Дошло ли до того, что теперь она принадлежит другому? Но что-то в голосе женщины подсказывало — сейчас не лучший момент для этого. Да и вообще, это не телефонный разговор.

— Очень хотел… Сказать, что безумно по тебе скучаю.