Дернул за оторвавшуюся манжету. Оксане было страшно представить, в какую сумму влетал родителям первоклашки ее гардероб — у той бесконечно что-то рвалось, пачкалось и терялось. Лиля Веселая приходила в гимназию, как модель с обложки журнала, а уходила, как жертва кораблекрушения.

— Вы не сможете с ней связаться, — печально развела ладонями девочками, — она в Милане.

Глаза Оксаны расширились. Она взялась за трубку телефона, чтобы связаться с секретарем, но у Лилечки заурчал животик. Женщина сверилась с часами на запястье. Ну, конечно. Уже обед! А ведь из-за сорванных уроков дети сегодня даже не завтракали.

Оксана встала из-за стола, прошла через кабинет и склонилась над небольшим холодильником, скрытым за панелью добротной деревянной мебели. С собой у нее был один только творог. А где-то еще хранились печеньки.

— Ешь! — сказала она, ставя перед девочкой баночку и пододвигая коробку Бельвиты.

Лилечка еще раз театрально вздохнула. Огромная хрустальная капля сорвалась с ресниц и упала на фарфоровую нежную щечку. Сердце Оксаны сжалось, несмотря на то, что она прекрасно знала — это игра. Веселая просто пытается в очередной раз ее разжалобить. Скажете, семилетний ребенок не может быть настолько коварным? Ха! Это ведь не вашу гимназию поджигали… дважды за один только прошлый семестр!

Дверь кабинета открылась. Внутрь смерчем ворвалась Паулина Сергеевна. Её лучшая учительница младших классов. Высокая тощая, как палка, старая дева неопределенного возраста."

"— Это… это возмутительно, Оксана Владиславовна! Так и знайте! Я больше так не могу… Да мне скорую вызывали… дважды! Это… это не ребенок! Это сатана!

Сатана, которую было не видно из-за высокой спинки кожаного кресла, на котором она восседала, откашлялась, изыскано прикрыв рот ладошкой, и свесилась с подлокотника. Съехавший с хвоста бант почти коснулся пола. У Оксаны руки зачесались его поправить. А еще ей стало очень смешно наблюдать за побагровевшей Паулиной Сергеевной. Не иначе — Лиля Веселая плохо на нее влияла.

— Мы еще не закончили, — оповестила учительницу Оксана. — Я вас приглашу, как только это случится.

Так же быстро, как вошла — Паулина Сергеевна вылетела из кабинета.

— А у вас не будет чайку? — осведомилась Лилечка, как только за той захлопнулась дверь. Оксана снова закусила щеку изнутри, чтобы не улыбнуться. Взяла трубку и пробормотала:

— Зоя Константиновна! Будьте любезны, нам бы с Лилией Матвеевной чайку…

Минут через десять в кабинет вплыла секретарша, неодобрительно поглядывая на девчонку — расставила на салфетке блюдца и чашки, разлила чай.

— Я уже связалась с отцом ребенка. Он обещал подъехать!

— Отец? — повела бровью Оксана.

— Именно. Эта… как ее?

— Лилу, — подсказала оживившаяся девочка.