Шикарный офис в центре, в подчинении куча ребят. Пей, жри за счет фирмы, получай охренительную зарплату. Ну, и впахивай вроде как до седьмого пота. Хотя… тем, кто служил в спецназе — работенка так себе, позволяет немного размяться да окончательно не утратить сноровку. А вот в последнее время стало поинтереснее. Выполняя очередное поручение шефа — начальника службы безопасности одного из крупнейших в стране холдингов, Матвей случайно узнал, что в гимназии, где учится его дочка, приторговывают наркотой.

И почему-то у него окончательно сорвало крышу. Матвей так сильно разозлился, что с большим трудом заставил себя действовать осторожно. Он пятнадцать лет служил не для того, чтобы его ребенка с малолетства на наркоту подсаживали. Он не для этого под пулями, в холод, и в дождь, и в зной… На износ! На пределе возможностей… И так его подорвало! Сил нет. Ни спать не мог, ни жрать. Думал, как ему это все разруливать.

Прежде всего, Матвей поговорил с начальником. Глеб Громов — мужик, что надо. Да и у него в той гимназии свой интерес имелся. Все же дочка начальника училась именно там, а Громов за девчонку отвечал головой. В общем, добро на негласное расследование Веселый получил. Осталось разобраться, с чего начинать. И тут весь его опыт подсказывал, что начинать надо бы с руководства. Ясное дело, что без него в этой схеме не обошлось. А тут еще повод отличный нарисовался — Лилька опять начудила. Грех было не воспользоваться таким шансом.

Директриса оказалась горячей штучкой. С виду холодная, но в глазах такой огонь полыхает — что даже его проняло. Может быть, она поэтому глаза за стеклами очков прятала? Матвей сразу понял, что это не линзы.

— Лиль! Ешь…

— Я не люблю яичницу…

— Слишком ты разбираться стала. В походе со мной даже змею трескала, а тут какие-то яйца.

— Змея была вкусной, — хищно улыбнулась его дочурка. Сущий ангел. Когда она спит."

"— Давай-давай! Не то опоздаем. Твоя дракониха-директриса будет злиться, если мы не успеем привести класс в порядок. Я ей обещал.

— Она не дракониха, — вздохнула девочка, — Оксана Владиславовна только с виду строгая. Но знаешь, что?

— Что?

— Хорошая она. Ее все дети любят.

— Так что ж ты ей жизни не даешь, а, Матвеевна? Может, хватит уже делать ей нервы? Да и опасно это! Я тебе сто раз говорил. Кстати, ты в курсе, что наказана?

— Домашний арест на год? — Лилечка облизала ложку и без всякого страха уставилась на отца.

— Домашний арест до пенсии! Это надо… взрывпакет! Чем ты думала? У нас теперь будут неприятности с социальной службой. А может быть, и с полицией.

— Что такое «социальная служба»?

— Это такие злые тетки, которые могут отобрать ребенка у родителей.

Глаза крохи широко распахнулись. Розовый бутон ротика приоткрылся. В кристально чистых глазах мелькнул ужас.