— Я очень любила своего отца, — продолжала говорить Кларисса, — мир для меня рухнул, когда его убили. Моя мать принесла эту весть в дом, громко вопя на всю округу. Мне до сих пор по ночам сняться ее крики. Мы не нашли его тела, только следы крови на камнях, возле протекавшего в лесу ручья. Нам некого было оплакать и похоронить. Мне было тогда семь лет и в тот день я поклялась отомстить. Целых пятнадцать лет я ждала этого момента.

Девушка развернулась ко мне лицом, и хищная улыбка прочертила ее губы. Все мои инстинкты вопили об опасности, но я только в оцепенении сидел на стуле, ожидая развязки, завороженный глубиной ее зеленых глаз.

Я пропустил миг, когда мою грудь коснулись волчьи лапы, своей мощью сшибая меня со стула и придавливая к полу.

Рыжая волчица оскалила пасть, утробно зарычав. Тряхнула шкурой, избавляясь от обрывков платья, превратившегося в момент оборота в лохмотья.

Я сдавил ее руками за шею, слыша над ухом клацанье клыков. Началась борьба, сопровождаемая моим шумным дыханием и глухим рычанием со стороны волчицы. Каким-то чудом я отшвырнул ее от себя, ударив кулаком в голову, лягнув ногой по мягкому боку. Перекатился в сторону окна, где в нише низкого столика был спрятан пистолет. Я охотник и всегда готов убивать. Рукоятка мягко легла мне в руку и мне осталось только нажать на курок, целясь в летящую на меня волчицу. Пуля впилась в ее грудь, совсем рядом с сердцем.

Волчица приземлилась рядом со мной, готовая вцепиться зубами в горло, гулко хрипя, сверкая от ненависти затуманенным взглядом. Сил не хватило. Пошатнувшись, не удержалась на лапах и повалилась на меня, обильно орошая мою белоснежную рубашку толчками вытекающей из раны кровью.

Я отпихнул от себя волчицу. Встал на ноги. Поднял руку, сжимающую пистолет, взвел курок. Волчица была еще жива. Хрипло и тяжело дышала, вывалив язык из пасти, остановила на мне покрытый поволокой застывший взгляд.  К_н_и_г_о_е_д_._н_е_т

Надо добить эту тварь. Прекратить ее мучения.

Я приставил дуло пистолета к голове волчицы, между немигающих глаз. Волчица дернулась в агонии. Заскулила и обреченно закрыла глаза.

Мой палец, зажимающий курок, дрогнул и я непроизвольно опустил оружие, когда увидел, что вместо волчицы у моих ног лежит обнаженная девушка.

***

Я так и не смог нажать на курок своего пистолета. Я не убиваю женщин.

Кларисса не приходила в сознание три дня. Пуля прошла навылет, задев легкое и дыхание девушки с каждым выдохом с хрипом вырывалось из горла.

Я не знал, выживет ли она. В шкуре волчицы было бы больше шансов, но видно у Клариссы не доставало сил на оборот. Или она подсознательно опасалась этого делать.

Я перевязал ее рану и пригласил знакомого лекаря, отсыпав ему золотых монет за молчание.