Здесь нет телевизора, а только этот проклятый самоучитель арабского, который сегодня даже не открываю. Пусть сам учит, хотя уверена: Монстр знает арабский идеально.

Незнание, что будет завтра, сводит с ума, и у меня складывается стойкое ощущение, что что-то произойдет. Правда, я не знаю, что именно. Как мне влюбить в себя того, кто не знает, что такое любовь? Задача кажется невыполнимой, но я еще не отчаялась. За завтраком Арман подпустил к себе, а значит, не все потеряно.

Я просто притворюсь, что влюбилась в него, и влюблю его в себя. Легкотня вообще. Он растает и отпустит меня.

Да, план наивный, очень шаткий и прозрачный, но у меня нет другого выбора, его просто нет. Либо я сыграю в эту любовь, либо Арман отдаст меня в Халифат. По-другому он ни за что не отступится от своего плана, я в этом уверена.

И есть еще кое-что. Какая-то причина его такой лютой ненависти. Причина, которую я пока не знаю, но которую очень хочу понять. Почему он сломался, почему он такой? Семь лет рабства, конечно, оставили на нем отпечаток, но есть еще что-то, что движет им. За что еще мстит Монстр этому Шакиру? Или за кого…

Вздрагиваю от распахнувшейся двери.

Монстр пришел. При всем параде. Прекрасен, опасен, чужой и мой одновременно.

— Добрый вечер, хозяин.

Подхожу и целую его ладонь. Получаю одобрительное поглаживание по голове. Ну да, конечно, сволочь. Еще, еще ласки.

— Ты была хорошей девочкой?

— Очень.

— Расскажи мне, что ты выучила сегодня.

И начинает задавать вопросы на чистом арабском, а я понимаю, что попала. Чего-чего, а экзаменов от Армана я не ожидала. Я вообще не готова, и, конечно же, я не учила никакие фразы.

— Я не знаю. Не понимаю, чего ты хочешь.

— Не понимаешь вопросов?

— Вообще ничего не понимаю.

Я не понимаю, зачем мне учить этот чертов язык!

— Потому что без него ты сдохнешь раньше положенного.

— Раньше или позже — какая разница…

Веду плечом, и в меня тут же летит этот самоучитель. Жестко. Я едва успеваю его поймать, прежде чем он расшибет мне нос.

— Ты будешь учить язык. И будешь учить хорошо. Те фразы, которые я подчеркнул.

— Почему?! Зачем это?

— Потому что я так сказал!

— Дьявол!

Он меня вывел, честно, довел до ручки, потому я поднимаюсь на ноги и со всей дури бросаю самоучитель в спину Монстра.

Он уже собирался уходить, книга попала ему в плечо. Монстр медленно оборачивается ко мне. И, кажется, он передумал уходить.

* * *О нет, я уже сто раз пожалела, что бросила в него эту книгу. Монстр злится, а когда он злится, его глаза становятся очень черными, а лицо не выражает вообще никаких эмоций.

— Нет, нет, не надо!

— Ко мне. Ко мне, я сказал.

— Нет! Пошел к черту!

Могла бы — открутила бы ему голову, но я не могу. И он быстрее, спортивнее, больше. В доли секунды Арман подходит и сгребает меня в охапку.