Чистой и нежной, взаимной и искренней, где мужчина добрый, заботливый и защищает девушку. Мой же Монстр не такой. Он словно зеркальное отражение «хорошего».

Арман плохой, и, кажется, он действительно самый жестокий человек в мире, хотя… Монстр соткан из противоречий. У него черное сердце, но он меня кормил из рук и смазывал мои раны мазью. В нем тьма, но в то же время в прошлый раз Монстр меня поцеловал вовсе не как рабыню, а просто как девушку.

Клянусь, я это почувствовала, и хуже всего то, что вот эти игры в подчинение работают. Я уже ощущаю себя Его. С каждой секундой все больше, и я хочу быть Его, принадлежать Ему и даже покоряться. Лишь бы снова увидеть своего прекрасного персидского бога с кожаным кнутом в руках.

Я в аду, и здесь так холодно, что я дрожу, не переставая. Эта ночь особенно длинная, и, кажется, ударили морозы, потому что, когда включался свет, я видела иней на металлических балках моей темницы.

— Арман, где ты? Пожалуйста, приди!

Здесь никого нет, хотя мне кажется, словно мой Монстр живет в этой темноте. Он и есть его величество Мрак, и зову его. Думаю громко, но на деле только шепотом. Чтобы никто не услышал, и он тоже. Ведь Монстра нельзя называть по имени, а мне так хочется. Хотя бы раз."

"Я что-то никак не могу согреться и просыпаюсь оттого, что меня душит кашель. Адски болит горло, и слезятся глаза. Лихорадка, точно морское чудище, подбиралась долго и незаметно, но все же окутала меня своими щупальцами и погрузила в воду. И я не могу вынырнуть, как ни стараюсь, вода такая тяжелая и холодная, боже, она ледяная.

А потом мне становится тепло. Кажется, мой организм играет со мной в игры или я довольно быстро скатываюсь в простуду. Теперь мне жарко, и ощущение такое, будто я не в сыром холодном подвале осенью, а в какой-то растопленной бане.

Да, я всегда была слабой. Часто болела, и тогда бабушка отпаивала меня малиновым вареньем, вот только теперь нет ничего. Ни бабушки, ни тепла, ни варенья. Есть только жестокий Монстр, который сделал меня своей рабыней, а дальше… у меня нет вариантов. Какая-то пропасть, и что делают с рабынями — я могу только догадываться, копаясь в своих самых страшных фантазиях в этой темноте.

Мне тяжело дышать, я бы хотела содрать с себя кожу, настолько мне жарко, но хуже другое — темнота. Я не знаю, что случается этой ночью, но, кажется, моя нервная система посылает разум к чертям, потому что мне кажется, будто воздух вот-вот закончится и я здесь просто задохнусь. Эти стены попадают, как карты в колоде, и раздавят меня, и тогда я больше никогда не увижу солнечного света.

— Арман. Арма-ан!

Кто-то подошел ко мне. Я не вижу кто, все расплывается. Только Тень в темноте. Большая и страшная тень, с которой я не могу больше сражаться.

Паника поглотила меня.