Артур заметил румянец, но не спешил убрать руку, наоборот, он провел большим пальцем по ее скуле, лаская пылающую кожу. Его губы снова скривила нахальная улыбка, а глаза вспыхнули, пугая и маня одновременно.

— Поехали отсюда, — предложил Артур, склоняя голову, почти касаясь ее губ своими.

— Куда? — выдохнула Оля еле слышно.

— Просто сбежим.

Он встал с дивана, протянул ей открытую ладонь, зовя с собой. Ольга задрала голову, смотря на него снизу вверх, понимая, что не может, не хочет отказывать. Сладкое предчувствие приключений на пятую точку так и ныло внутри. Она взяла его за руку, вставая и послушно следуя к выходу, ожидая, что он поймает машину, пригласит ее куда-нибудь выпить или перекусить, но… Ее новый знакомый вынул из кармана куртки брелок, нажал кнопку, и на стоянке моргнула фарами спортивная машина. Даже будучи абсолютным нулем в автомобилях, Оля узнала Порше.

— Да ты шутишь, — не сдержалась Князева, ища челюсть в районе пола.

— Не-а, — хохотнул Артур, открывая пассажирскую дверь, приглашая сесть внутрь.

— Артур, ты выпил. Тебе нельзя за руль, — вняла Оля голосу разума. — Тем более за этот руль.

— Мне можно, — он сделал акцент на первом слове.

Оля стояла, не решаясь сесть, борясь изо всех сил с запретной тягой, цепляясь за разумные доводы. Артур видел, что она колеблется, поэтому добавил гирьку в пользу безумия на ее весы. Приобняв за талию одной рукой, он притянул Ольгу к себе и накрыл ее рот поцелуем. Его губы были чертовски мягкими и сладкими, такими пьянящими и уговаривающими. Оля подняла руки, обнимая его за шею, прижимаясь крепче.

— Доверяешь мне? — шепнул Артур, чуть отстранившись."

"— Нееееет, — протянула Оля, смеясь.

— Но ты поедешь со мной, — он не спрашивал.

— Поеду, — кивнула она, чуть отталкивая его, залезая в салон.

— Три секунды, — попросил ее новый друг, нажав на кнопку.

— Три секунды на что?

— На это, — он снова поцеловал ее, укусив за нижнюю губу, отчего она томно охнула, — и чтобы сменить номер.

— Боже, прямо как в «Такси».

— Скорее, как в «Форсаже», — хохотнул Артур и дал газу.

Машина разогналась почти мгновенно, рванув с места. Оля, дернулась от неожиданности, вцепившись в кресло.

— Это плохо. Это очень плохо, — истерически хохотала она, наблюдая, как мелькают за окном дома.

— Расслабься, Оль, кайф же.

Она постаралась внять совету, но все равно визжала и смеялась, как сумасшедшая, на каждом вираже, на каждом обгоне. Адреналин закипел в крови, отключив страх. Ольга знала, что даже если они сейчас куда-нибудь врежутся, ее похоронят со счастливой улыбкой на губах. Она, конечно, будет куском фарша, но с улыбкой.

«Так лучше, чем изображать нормальность», — промелькнула мысль, а потом Князева снова завизжала на крутом пике.