А так… хоть потанцует у костров.

Они снова замолчали. Кен слегка раскачивался на пятках, не спеша уходить к своим. Бен кусал губы, решаясь задать вопрос.

— Ты ее любишь? — таки спросил он.

Кеннет поднял глаза к небу, словно считал звезды или искал Малую Медведицу.

— Не знаю… Как это понять? Вроде бы — да. Скучаю по ней все время. Но может я просто по России скучаю? Ольгу я вроде любил, но…

— Погоди, а ты про кого сейчас? — не понял Бен.

— А ты про кого? — ответил Кен вопросом на вопрос, едва ли сдерживаясь, чтобы не отвесить себе подзатыльник за идиотизм.

— Про Хелл.

— Ой, да сдалась мне твоя Хелл, — огрызнулся наемник.

— Ну я так и понял, — гаденько захихикал Бен.

— Доброй ночи, Бенедикт, — рявкнул Кеннет и быстро пошагал в сторону лагеря.

Бен развернулся и тоже направился к своим, а вспомнив, что Хелл просила принести поесть — побежал.

* * *Гриша ехал домой из очередной командировки. Он смотрел из окна такси на родные огни ночной Москвы и улыбался. Он любил возвращаться домой, любил предвкушение скорой встречи с Олей. Они не виделись несколько дней, но он успел до безумия соскучиться.

После того случая с ее ранением прошло больше двух лет. Хелл отстранили от боев, и уже давно подошел срок, когда она могла попросить о восстановлении всех своих регалий. Но она не просила. Бен пытался обсудить это, но девушка упрямо уходила от разговора. А потом он вдруг понял, что не стоит тревожить эту тему. Вопрос оставался открытым, и Хелл всегда могла поднять его на Совете. Но она не поднимала. И Бену было ясно почему.

Его Хелл, его Ольга просто напросто была счастлива. Она танцевала и все так же тренировалась. Но без меча. Она ездила с ним на Север, наблюдала за спаррингами и битвами, но не стремилась больше участвовать в них. Поначалу Бен искал в ее глазах жажду боя и потребность быть рядом с ним, держа в руках меч. Но ее не было. Была лишь радость и любовь, когда она обнимала его потного и побитого, когда зацеловывала его раны, зашептывала боль.

Лишь однажды Хелл сказала: «Я не хочу убивать ни тебя, ни себя, никого больше, поэтому не возьму в руки оружия. Мне нужен только ты». После этих слов Бен успокоился, зная, что она может быть счастлива, укротив свою Валькирию. Ее крылья никуда не делись, но теперь они летали, лишь сплетаясь в любовном экстазе. Это был самый желанный бой, где победа — это удовольствие, которое даришь любимому. И нет проигравших, нет поражений, потому что они всегда приходят к финишу вместе.

Выйдя из такси, Гриша закинул на плечо сумку, поднял голову, оглядывая темные окна ночного дома. И только на кухне его квартиры в этот поздний час горел свет. Потому что Оля ждала его. Она всегда его ждала. Гриша знал, что этот свет никогда не погаснет."