Айда хоть в привате поболтаем, раз уж ты не желаешь тащить свой аппетитный зад в библиотеку.

И чего это за история с майским Питером? Мне нужны подробности.

Хельга@ Обойдешься без привата. Эпистолярный жанр — это романтика.

Препод прибалдел от моей курсовой, хочет, чтобы я съездила с ней на какой-то молодежный форум. Он выпадает на майские праздники, будет проходить в Петербурге. Подробностей сама не знаю. Пока все это не точно.

P.S. И с чего ты взял, что у меня аппетитный зад? Я фотки той части тела тебе не отправляла.

Бенедикт@ А очень романтично, что я не могу прекратить пялиться на твою фотку в купальнике? Даже когда глаза закрываю, вижу тебя почти без одежды. А потом делаю так, что ты остаешься вообще без нее. И мне не нужны фотки. Я знаю, что у тебя самая классная задница в мире.

Хельга@ Хорошая попытка, но нет, Бен))) Сдаем сессию, потом все развлечения.

Бенедикт@ Черт. Ладно.

Я в мае еду на Север, буду возвращаться через Питер.

Хельга@ Ты серьезно?

Бенедикт@ Вполне.

Спустя несколько часов и миллион проверок почты.

Хельга@ Сдала. Хорошо. Осталось еще два.

Бенедикт@ Поздравляю, красавица. Я в тебе не сомневался.

Хельга@ Я смогу задержаться на пару дней в Питере, если все сойдется с поездкой. Была бы рада провести это время с тобой.

Бенедикт@ Твое все просто обязано сойтись. Люблю тебя, Хелл.

* * *Чем ближе становился май, тем более нервной становилась Оля. Ее уже давно утвердили делегатом на форум в Питере, но она все тянула и тянула, не рассказывала об этом Грише. В голове не укладывалось, что они встретятся.

Сначала Ольга не хотела надеяться, думая, что скоро наскучит своему виртуальному другу-любовнику, а потом ей стало страшно. Слишком глубоко поселилось то ощущение неполноценности, когда Гриша игнорировал ее фотки. Конечно, тогда они быстро разобрались, что к чему, но осадок остался. Оле казалось, что она слишком проста для него, недостаточно привлекательна, интересна, хороша. В сети ей было комфортно. Она цепляла на себя маску Хелл и была для своего Бена роковой Девой Валькирией. Но в реальности все было иначе. Ольга чувствовала себя слишком ординарной даже для Гриши, не говоря уж об одиозном Бенедикте.

А еще он до чертиков напрягал ее признаниями в любви. Нет, Оле было безумно приятно, но каждый раз по спине пробегал холодок. Для нее эти слова не были пустым звуком, Ольга с первого же раза почувствовала, как на плечи лег груз ответственности. И мимолетное чувство вины, что она не готова ответить тем же, постепенно нарастало, расползалось, душило ее изнутри. Бен, конечно, сразу дал понять, что не ждет от нее любезной взаимности. Он не давил, не требовал, не напирал. Лишь каждый день повторял, что любит ее, что она нужна ему.

Их регулярный секс по аське, смс или в чате стал для Оли наркотиком.