Мне интересно было и с блюдами пробовать, и с отварами что-то новое, да и вообще… уютней и спокойней как-то здесь было отдыхать, чем за рукоделием среди жен и дочерей ярлов.

Обязанностей много было, хозяйство в замке хоть и налажено, но за всем следовало присматривать — и за съестными припасами, и за чистотой, чтобы не ленились служанки, сделавшиеся сонными с морозами, и за скотиной, чтобы не перемерзла. За ремеслами. В замке шерсть пряли, выделывали шкуры, вышивали даже, ДА оружие равному которому я не видела даже ковали, щиты. Деревщики здесь были лучшие с разных краев тоже собраны, а потому и мебель, и воинские потребности, и всякие красивости выходили у них замечательными. Часто к ним заглядывала…

А сюда отдыхать приходила. И если надо было, готовила лечебные снадобья — но лечила только тех, кто лично ко мне обращался. Ведь во многом успех лечения определялся тем, насколько человек хочет быть излечен и готов обратиться за помощью — потому не навязывалась. И сейчас не стала показывать, что заинтересовалась разговором.

Узнала ведь говорившую — несколько дней назад эта девица вышла замуж за простого воина, по взаимному согласию, как мне показалось. Конечно, как и водится, король и кюна посетили свадьбу, что была проведена в нижнем зале, и я точно запомнила довольные лица молодых.

А сейчас — глянула мельком — жена выглядела бледной и осунувшейся.

— Нужно мазь взять, да отвар попросить, — продолжала наставать её подруга, — И боль уберет, и где перетерпеть надо, позволит это сделать.

Девушка что-то пробормотала, а потом объясняться начала, и я вдруг поняла, что речь шла о сокровенных отношениях между мужем и женой, которые для молодой оказались весьма болезненными.

Смутилась немного. Не пристало мне, конечно, смущаться, но прозвучало там что-то в речи, что и меня в краску вогнало, да различные мысли вызвало.

— Это чего вы перетерпеть собрались?

И этот голос я узнала. Помощница главной стряпухи. Стурла не оправдывала свое «беспокойное» имя, напротив, и выглядела крупно, сыто и добротно, и вела себя так, спокойно очень. Уже в возрасте, троих мужей — воинов, поговаривали, похоронила, и четверых сыновей воспитала — и уж точно считалась чуть ли не главной советчицей в отношениях.

— Глупые, долго терпеть собрались? Всю жизнь? Здесь по-другому надо — а то вы не поняли до сих пор, что лаской и хитростью можно многого добиться, уж доброты мужа в постели так точно. И тогда и отвары не понадобятся — сплошное удовольствие…

— Удовольствие? — пискнула одна из молоденьких стряпух.

— Эй, ты хоть скажи этим неразумным, как поступать надо, — засмеялась Стурла и позвала свою подругу, — Ладно, есть у меня время поделиться с вами…

Стыдного ничего в этих разговорах не было.