– Спустя год, Лина-Полина, ты хочешь поговорить именно о моей жене? – прищурился Барновский.

– Я вообще не хочу с тобой ни о чем разговаривать! – припечатала Полина.

– А вот я хочу! – в тон ей парировал господин важный политик. – И пока не получу ответы на все вопросы, не уйду.

– Это твои проблемы! – фыркнула Поля и хотела пройти мимо мужчины, застывшего в дверях гранитной скалой.

– Ты все такая же дерзкая, – пробормотал вдруг Слава, а Полине показалось, что голос мужчины зазвучал ласково.

– Дай пройти! – резко шикнула Поля.

Глава 2

Барновский не стал ее слушать. Просто сделал шаг вперед, тесня девушку обратно вглубь кабинета. И ногой захлопнул дверь.

Полина понимала, что у этой мимолетной встречи всего две, от силы три минуты. Ну что может случится за столь короткий промежуток времени? Ну ничего веды! Ничего серьезного!

– И красивая...

– Ты в своем уме?! – опешила Полина, осознав, что подошел Барновский слишком близко к ней. Нависает. Давит. И даже пес, зажатый между ними, притих.

– До чего же ты красивая, Лина... Полина...

– А ты – скотина и сволочь! – прошипела Архипова и дернулась, когда большая горячая ладонь коснулась ее скулы, щеки, шеи.

Да он издевается над ней!

– Совсем не изменилась... Только еще красивее стала...

Полина отвернулась так, чтобы не смотреть в эти дьявольские глаза. Ну не драться ведь ей с важным гостем? Охрана Барновского ее тут же пристрелит, если на холеной физиономии господина чиновника появится след от ее ладони!

Архипова заставляла себя дышать размеренно и спокойно. Было сложно. Да что уж, это ведь абсолютно нереально. Легче совсем не дышать. Потому что Слава за этот год так и не сменил марку парфюма. И терпкий мужской аромат моментально проникал в легкие, дурманил, будоражил.

Мужская ладонь едва ощутимо касалась ее щеки, а казалось, будто он ласкает все ее тело. Заставляет вспомнить. А Полина этого совсем не хотела.

Горячая ладонь скользнула ниже, к плечу, коснулась локтя, запястья.

Поля, точно со стороны, наблюдала за тем, как Слава наклоняется к ее ладони, зажатой в его руках.

Он удерживал ее взгляд, не отпускал, точно под гипнозом. Обжигал ее черными тягучими дьявольскими омутами.

Твердые губы коснулись ее кожи на запястье. Все в пределах приличия. Обычный галантный поцелуй дамской ладони. Но ведь нынче никто уже так не поступает. Никто не целует рук дамам в знак приветствия.

И совсем некстати Полина вспомнила, как меняются Славины зрачки в минуты близости. Вспомнила вкус его губ и поцелуя. Вспомнила, приятную тяжесть мужского тела и обжигающие ладони в своих волосах, спутанных, мокрых от морской воды.

Кажется, у Полины в голове что-то щелкнуло от этих воспоминаний.

А нет, это распахнулась дверь за спиной Барновского. И Архипова с облегчением выдохнула.