Он доверял Николь, но хотел убедиться, что она в безопасности. И в тот самый момент, когда он понял, что она сотрудничала с сыщиками, его охватил панический страх – такого с ним еще никогда не случалось. Причем этот страх оставался с ним и днем и ночью. Он знал, что ему придется со временем поднять этот вопрос, но все-таки рассчитывал, что Николь сама все расскажет. Она должна была доверять ему, должна была поделиться своей тайной. Если подобная работа для нее так много значила, он, конечно, позволил бы ей продолжать, но он точно знал, что страх за нее всегда будет его преследовать.

Он уже собирался подняться по лестнице в их квартиру, когда его окликнула миссис Оллуорти – владелица дома. Марк остановился, улыбнулся женщине и взял почту.

– Это цветы для вашей прелестной жены? – спросила миссис Оллуорти.

– Да, – ответил Марк. – Белые розы – ее любимые.

Миссис Оллуорти нахмурилась.

– Жаль, что мой муж не такой внимательный, – заметила она.

Марк вытащил из букета розу и с поклоном протянул хозяйке дома.

– Это вам, миледи.

– Спасибо, капрал, – сказала женщина, принимая цветок.

Марк снова принялся насвистывать и побежал вверх по ступенькам.

Он вошел в квартиру и бросил цветы и корреспонденцию на стол, стоявший в углу их крохотной кухоньки. Затем огляделся в поисках вазы или какого-нибудь другого сосуда, куда можно было бы поставить цветы. И тут его внимание привлекло одно из писем. Моим дорогим Николь и Марку. Он взял письмо. На нем стояла печать Уитби. Леди Уитби – мать Николь, – как правило, не писала им обоим. Она не так давно отбыла в свой загородный дом в Суссексе. Марк улыбнулся. Наконец-то новая семья начала его признавать. Было очень приятно чувствовать, что ты не один на свете. Когда же он в последний раз получал письма, не касавшиеся службы? Уже и не вспомнишь…

Марк вытер ладони о штаны и развернул письмо. На первой странице – многочисленные сплетни, слухи и жалобы на слуг, которые плохо проветрили дом к ее приезду. А вот на следующей странице…

Я надеюсь, ты помирился со своей семьей, дорогой Марк. Мы бы хотели пригласить герцога и герцогиню на рождественский ужин к нам в Суссекс.

Он перечитал эти слова трижды, прежде чем до него дошел их смысл. Выходит, леди Уитби знала, кто его дядя. Знала и упомянула об этом в письме как бы между прочим, словно они с Николь уже неоднократно обсуждали это. Вероятно, так и было. Николь тоже знала!..

Марк шумно выдохнул – и вдруг все стало на свои места. Наконец-то он понял, почему графиня согласилась, чтобы ее дочь вышла за него. Вдовствующая графиня заверила его, что они ждут от него больших свершений на службе, однако это была ложь. Они вовсе не верили в него, а принимали как внука герцога.