— Вы, конечно, можете пытаться тянуть время звонками Щукину, но поверьте, он уже ничего не решает. Скорее всего, Щукин уже по пути в Московию. Глеб Михайлович же попросил вас найти в прозекторской одно тело, не так ли?

Жандармы переглянулись и неуверенно кивнули. Я же продолжил:

— Так вот, это тело может быть причастно к одному уголовному делу. И сейчас оно очень нужно мне и мастеру Беловой.

Алиса кивнула, подтверждая мои слова.

— Но… — начал было один из жандармов, но Фома грозно насупился:

— Вон отсюда!"

"Повторять не пришлось. Жандармы наверняка были шаманами, и почуяли силу вожака. Поэтому они не стали спорить. Пробормотали «извините» и направились к выходу. Я проводил их взглядом до дверей, а затем обернулся к Фоме.

— Спасибо, мастер Питерский.

— Да какой я мастер, — смущенно пробормотал Фома. — Бросьте, вашество.

— Привыкай, — ответил я и подошел к ящику. Взглянул на вытащенное из хранилища тело. И довольно кивнул:

— Он. Спасибо ребятам, что нашли его за нас.

Передо мной на каталке лежал тот самый монархист, которого я загнал в долги игрой в карты. Осунувшийся, бледный, худой, но нужный нам труп. И я уточнил у Беловой:

— Начнем с него. У вас же есть камера, чтобы записать процесс?

Девушка кивнула и достала из кармана небольшое устройство. Открыла ее. Я же призвал тотемы и сплел заклятье.

От ладоней к телу потянулись черные нити. И боковым зрением я заметил, как оставшиеся в прозекторской жрецы мигом прекратили работу и уставились в мою сторону. Страха у них не было, только жгучий интерес, словно они наблюдали за представлением.

Через секунду мертвец тяжело вздохнул и распахнул веки. Сел на каталке и уставился на меня затянутыми мутной поволокой глазами:

— Зачем разбудил, некромант? — клацая зубами, равнодушно спросил он.

За спиной послышались удивленные шепотки жрецов, которые с интересом обсуждали такой способ работы с мертвыми. Я же попросил Питерского:

— Фома Ведович, не могли бы вы распорядиться, чтобы жрецы покинули помещение? Я дал им необходимое зрелище, а полученная на допросе информация может иметь секретность.

Фома кивнул и направился к синодникам:

— Покиньте помещение, не на что тут глазеть, — начал он, и жрецы нехотя потянулись к выходу. Я же дал знак Беловой, чтобы она начала снимать, и принялся за допрос:

— Как звать тебя?

— Пётр Витальевич Андросов, — спокойно ответил мертвец.

— К какой банде принадлежишь?

— Принадлежат животные, — огрызнулся зомби. — А я состоял. Банда «Черной Сотни».

Я усмехнулся от такого уточнения. Воистину, повадки каторжанина не вытравить даже из мертвеца.

— По праву крови?

— По праву крови и по идейным соображениям, — ответил Андросов.

— Знаком ли тебе Анатолий Викторович Свиридов? — уточнил я.