Главное, чтоб верьи нас защищали, но не могли сами внутрь проникнуть. Проход оставим – на дороге в город. И по реке снизу и сверху к нам попадут, если что. Больше и не надо. Входы башнями укрепим. Как тебе план?

Он вздыхал, чесал лохматую голову.

- А на юг, каналы рыть, нас не погонишь как Дюльку?

- Он не роет, а командует. Мои хрымы здесь нужны. Мама скажет размер премии каждому. Хотя это вы мне платить должны – о вас забочусь. Сам и в замке укроюсь – пересижу. Завтра приступайте. Закончить до весенне-полевых работ.

Он встал, комкая шапку в руках, хотел что-то сказать, даже рот раскрыл.

И ушёл, смолчав. Правильно. Приказы исполняются, а не обсуждаются. По крайней мере, так должно быть. В теории.

Жаль, что на лесное дело придётся снять десятка два рабочих, занятых на стройке каменного замка. Он побольше старого деревянного, потом общая каменная стена окружит оба. Нет здесь Суворова, чтоб взял такой Измаил. Жабры коротки. Но до «боевой готовности» больше года. Много. Верун силу набирает быстрее. Как окольцует глейство саженцами, и деревца наберут хотя пару человеческих ростов высоты, верьи начнут патрулировать периметр.

Древесины у меня наберётся много. Просека по периметру всего глейства – это же сколько кубометров? Похоже, часть нанятых придётся отправить не на юг, а на рубку леса. Хорошо хоть, мой божок не станет ворчать по поводу его уничтожения.

«Дети» Веруна превращаются во взрослые деревья с непостижимой скоростью. Роща в Кирахе выглядит, будто ей лет двадцать. Да и у столицы – не меньше десяти. Зелёный дракон наращивает силу, и я всё думаю: не прилетит ли мне ответка за изменение баланса на местном олимпе?

Рабочих в замке оставил пяток из числа моих хрымов, да десяток умельцев из города работает.

Стройку неохота прекращать совсем, хоть из земли вылез только фундамент. Подвалы внутри. Я же – средневековый деспот. Сатрап. Должен иметь пыточную с кандалами, вмурованными в стену. Шутка. Хотя бы погреб для огурчиков могу себе позволить?

К февралю, надо сказать, вообще остановил стройку и распустил рабочих. Мама посчитала расходы стеклозаводика и сказала «тпру». Кроме того, купцы посмотрели на ящики с ниром, разлитым по бутылкам около литра, и покрутили носом.

Непривычно. Представьте банку с чёрной икрой, где банка дороже икры, а сама икра подозрительно дешёвая. Пусть в сумме то на то, цена справедливая… По любому – настораживает!

Хотите что-то продать, объясните потребителю надобность этого «что-то». Он должен верить, что его жизнь прошла зря, пока он не взял в руки шампунь «Хеден Шолдерс». Или самогонку в запечатанной бутылке.

Как-то во время вечерних посиделок я крутил в руке полупрозрачный стеклянный стакан, справедливости ради – практически идеально круглый.