Землю ещё прикупил?

- Собираюсь. Подгрун посоветовал – в дне пути выше по реке. Там шахты рыть буду. Но холмик над рекой оставлю нетронутым. Под рощицу.

- Холмик, рощица? Скоро кустом вздумаешь меня ублажать?

Я дунул на озябшие пальцы. Рукавиц не взял, а божок заставил себя ждать добрых полчаса. Говорю же – вредный.

- Наоборот, Верун. Идея есть.

Он развернул тряпицу с овощной запеканкой и углубился в трапезу, делая вид, что меня не существует.

- Вот скажи. Если твои саженцы высадить в обычном лесу. Густо высадить. Лес обретёт свойства рощи Веруна?

Он даже жевать перестал.

Застыл с куском хлеба, торчащим меж бородой и усами. Потом подпихнул его пальцем. Манеры у него… не особо аристократические.

- Никто из смертных мне не предлагал. Рощу терпели, зная – наказать могу, но и помочь тоже. С погодой, с дождём там. А лес… Лес – нет. Его ж рубить нельзя, верьи спуску не дадут.

- Смотри! Это моё глейство, - я достал карту Подгруна с нанесёнными на ней полями, лесами, деревнями. – Видишь? Две трети границ попадает на лес. А представь теперь, пусть вдоль границы на сотню шагов будет зона Веруна! Вокруг полей – тоже зелёная полоса.

Меньше ветер гулять будет. Силы твои удесятерятся! Только проходы оставим. А то любому купцу или путешественнику верьи душу выпьют. Немного неловко выйдет."

"Он взял карту и начал пальцами мерить. Вышло, что только в Кирахе его владения вырастут раз в двадцать! Сила тоже. Ох, какого дракона я взращиваю… В полном соответствии с заветом: не хочешь бояться чужих драконов – заведи своего[1].

- Лаяться, что всё спалишь, не будешь? И вверх по течению у рудников – хорошее место дашь?

- Ты же меня знаешь, Верун! Когда я не держал слово?

- Перед Тенгруном сдержи.

А то он и на мои рощи ветер степи нашлёт.

Тут совесть чиста.

- Первую сотню под охраной воинов уже отправил. Потом ещё и ещё. Серебро есть – люди будут. Соберу босяков-изгоев со всего Мульда. Старший над ними – Дюлька, мой самый доверенный хрым. Выкопают.

- Ну-ну…

Вот тебе и ну-ну. А у меня из-за отправки на юг, к сожалению, глейство осталось почти без охраны. Если бы верьи закрыли периметр, божий бесплотный спецназ, тогда другое дело.

Вызвал Кодая в замок, рассказал про будущую линию Манергейма из лесных духов.

- Глей! Ты – человек уважаемый, - начал староста.

- Но мало кто согласится жить, окружённый верьями со всех сторон. А как в деревни придут, у детей малых души выпьют?

- Мы хитро поступим. Отмеряешь от границы глейства ровно сто шагов. Потом пятьдесят шагов – просека. Дальше – обычный лес. За просекой следите. Проберутся через неё побеги от Веруна – весь лес станет его, так просто не зайти. А уж ветку сломать – ни-ни. Он тут же тебе заделает Грету Тунберг!

- Кто это?

- Страшный сон всех ломальщиков веток там, где я родился. Не важно.