- Сколько она берёт за приём? Сколько за лечебные снадобья? Каков доход? Я могу применить ставку с одного лекарского заведения, она, скажу откровенно, весьма велика.

Он был красив, высок, усат, чернобров. Кожа светлая, гладкая. Одет строго, но подчёркнуто изящно. Камзол чёрный, воротник – белый с кружевной отделкой. Она и у женщин – редкость. Нисколько не походил на анта. Благоухал кожаной амуницией, потным телом и гормонами. Не старый, лет двадцать пять-тридцать. Его спутник – судейский чин, очень гордый королевской должностью, рядом с ним всё же держался номером вторым.

В другом мире и в другой стране я сразу предположил бы – напрашивается на взятку. Но эта парочка по возвращении во дворец немедленно будет допрошена более высоким судьёй с помощью камушка: справедливо ли взяты поборы, не остались ли недоимки. Соврут – сгорят заживо. Сам при огненной казни не присутствовал, но все здешние в неё верят. Так что хабар бесполезен.

- И какова же ставка?

- Пять динов! Не удивляйтесь. В столице и крупных городах лекари берут не по-божески.

- Тогда я заплачу… Ничего. Лекарское заведенье открыто после Нового года. За него буду ответ держать в следующем декабре. А какую часть дохода нужно отдать, если он учтён?

- Половину.

Я громко позвал маму. Она вышла, недовольная прерыванием приёма. Отдаётся делу вся. Скормила хрымам запас лекарств, привезённый из России. Спасибо, Верун подлечил. А то папа без каптоприла загнулся бы от гипертонии.

- Я занята, сын.

- Знакомься, брент Дударх. Полномочный фискальный уполномоченный его величества. Мама, Оксана Ивановна.

- Таких имён не бывает, - изумился приезжий.

- Король ввёл налог на необычные имена? Нет? Тогда к делу. Ма, ты не берёшь денег с селян?

- Что ты такое говоришь!

- Теперь надо брать. Доведёшь старостам – каждое село платит половину дука в год. Не спорь. Так надо. Во имя короля.

Мама открыла и захлопнула рот. Возмущённо удалилась.

- Сколько же у вас деревень? – спросил Дударх.

- Двенадцать.

- Шесть дуков в год, из них три – в королевскую казну… Вместо пяти динов! Вы не мошенничаете, глей? По окончании отчёта Камень Правды не даст соврать.

- Нужно ли мне вызвать вас на дуэль за оскорбление словом «мошенничать»? С прошлого лета, как мы отбили атаку пары тысяч степняков, толком не дрался. Составите компанию?

- Не советую. Я не думал вас оскорблять, только предупредил. К тому же вызов на дуэль королевского фискала может быть истолкован как нападение на него.

- Готов забыть и простить. Если будете сдержаннее на язык. А теперь прошу внутрь замка. Мой кмит подготовил расчёты. Поверьте, королевская казна и так пополнится изрядно. Даже с учётом пограничных льгот.

Они расположились в зале, охотно выпили и закусили. Проверили записи Саи. Вышло действительно много.