«Так, значит, он все знал?! Нет, этого не может быть! Это как-то не укладывается в голове… Он не способен на такую месть! Он так не мог… — перехватило у нее дыхание. — Боже мой! А ведь теперь становится понятной его настойчивость принять меня на работу, обаять, привязать к себе. И все перемены в настроении понятны: такое не каждый сможет выдержать… Как же так, Вадим? Ведь я успела тебя полюбить! Как же мне теперь со всем этим жить?» — хлынул из глаз поток слез.

Плач перешел в безудержные рыдания, которые трансформировались в вой. Скулящий, бабий…. Скулеж снова перешел в рыдания.

И так по кругу. С течением времени паузы между этими звуками-состояниями становились все короче, вот их совсем не осталось. Внезапно тугой комок, засевший в горле, превратился в готовый брызнуть фонтаном рвотный спазм. Зажав рот ладошкой, она сорвалась с места и побежала в санузел.

Выползла она оттуда, в прямом смысле слова держась за стенку. Слез не было. Как не было и сил на их воспроизводство.

Пошатываясь, Катя добрела до кабинета, облокотилась о стол, закрыла глаза.

«Если он изначально знал обо мне все, значит, это был план.

Вызревший за годы план изощренной мести. И какова его конечная цель? Что может быть хуже, чем чувствовать себя брошенной женщиной… — усмехнулась она. — Эх, жаль, ноутбук уже выключен…»

Отыскав в ящике чистый лист бумаги, она схватила ручку и размашисто написала:

«Как ты мог, Вадим??? Я тебе так верила!!! А ты все знал с самого начала…»

Внезапно мысль сбилась, стала куда-то ускользать."

"«Все неправда, это не может быть правдой! — заметалось сознание. — Я ведь люблю его… Даже если это был всего лишь план….» — скомкала она лист.

Локти безвольно упали на стол, следом голова, мозг полностью отключился, да и тело вот-вот готово было порвать связь со своей хозяйкой.

Собрав последние силы, она переползла на рядом стоявший диванчик, подтянула ноги и свернулась клубком.

«Спать… А еще лучше умереть. Навсегда…» — тенью промелькнула последняя мысль.

«Только не здесь», — послало слабый знак протеста угасавшее сознание.

«Тогда спать…»

8

В темноте ночи Катя раскрыла глаза и непроизвольно застонала: невыносимо болела голова. И не только. Все тело ныло, да так сильно, словно накануне его нещадно поколотили.

А еще нестерпимо ныл живот. Похоже на начало месячных. Давно пора.

Снова застонав, она заставила себя подняться, прошла в прихожую, нащупала в сумочке упаковку таблеток, словно в тумане переместилась на кухню, налила в стакан воды, склонившись над раковиной, запила таблетку, приподняла голову и… тут же, больно задев ногой барную стойку, пулей понеслась в санузел.

«Сколько можно? Да что за напасть такая? — вымученная, стоя на коленках перед унитазом, терялась в догадках Катя.