Вику прижимали к стене, взяв в силки объятий и практически полностью лишив возможности маневрирования. Она была полностью в его власти и буквально пила его поцелуи. Чтобы снова и снова стать пьяной.

А потом была лестничная площадка, где им пришлось оторваться друг от друга. Барсовецкий долго искал ключи от квартиры и ругался себе под нос, а Вика хихикала над его раздражением. Почему-то эта заминка доставляла ей удовольствие, словно играла ей на руку.

И вот дверь за ними захлопнулась, и ее прижали к деревянной поверхности, чтобы напасть с новым, жадным поцелуем. Проворные пальцы коснулись обнаженной полоски кожи между блузкой и джинсами, пролезли под тонкую, почти невесомую ткань, вырисовывая замысловатые узоры.

Впрочем, Ольшанская тоже в долгу не осталась, деловито расстегивая подрагивающими пальцами пуговицы его рубашки. Она точно сошла с ума! Но как же ей не хотелось выходить из этого состояния!

Одежда незаметно соскользнула на пол, а Вику подхватили на руки и потащили в берлогу. Опустили ее на кровать, чтобы вновь начать сладостную пытку. Впрочем, сама Ольшанская в долгу не оставалась, нещадно доводя своего визави.

Горячая кожа соприкасалась, обжигая и заставляя вновь и вновь теряться в ворохе чувств. Хриплый, прерывистый шепот срывался с губ, не давая окончательно забыться. Она, верно, сошла с ума. Здесь. С ним. Навсегда.

Мир путался, расплывался, терял свои ориентиры. Единственным неизменным оставался лишь он. Мужчина, чьи плечи она сжимала в исступлении, царапая ногтями кожу, желая оставить на нем свои отметины. Чтобы он помнил, знал, кто с ним. Чтобы не забыл ее на утро. Потому что она такого забыть не сможет точно.

- Ты дикая кошка, - хмыкнул Саша, когда Ольшанская поставила на нем очередную отметину.

Вместо ответа девушка куснула его за плечо, намекая, что кому-то явно стоит поторопиться. Он нарочно помедлил, доводя ее. А затем мир взорвался, сузился до целой вселенной и вновь распался. И так снова и снова, пока она твердила его имя прерывистым шепотом. Саша. Случайный любовник. Человек, подаривший ей целую вселенную. Фальшивый парень. Мужчина, которого она уже не сможет забыть. И Вика вновь и вновь теряла голову, понимая, что, кажется, вляпалась по полной программе.

Глава 24

Нет, удивительный ей сон приснился все-таки.

Такой, что даже просыпаться не хотелось. Прямо как в сказке. Хотя нет, такие сказки носят весьма строгий рейтинг восемнадцать плюс и детям не рассказываются. И все-таки, почему так жарко?"

"И вот тут до Вики дошло, что сон-то оказался подозрительно реалистичен. Даже слишком. И в этот раз она была совершенно трезвой, еще и сама предложила Барсовецкому поехать к нему. Ох, черт! Но рефлексировать и страдать по этому поводу точно не стоит. Все равно уже ничего не изменить.