Но ему – без ног и однорукому?! Повеситься ему? А нам – в наемники?!

– Да наемником честней быть! Чем теперь в Ордене вашем!

– На хер иди! Понял?!

– Ты хоть понимаешь, чем он за эти внедорожники заплатил, за винторезы, за шапочки? Он пацанами нашими! Ганза нас и подставила, Летяжка! Мы ведь звали их! В бункере! Звали! Они пришли к нам? Велика помощь, напихать нам своих ублюдков вместо наших ребят! которые из-за них и погибли! Он продал их! Ганзе же и продал!

– Не может. Быть. Должна быть причина.

– А меня убирать – какая причина?!

– А если ты шпион?! Диверсант?! Щит пытался сломать! Вдруг ты против нас играешь?! Втерся! Он сказал, если ты попробуешь сорвать мирный договор… Поставку под угрозу… Значит…

– Чей шпион?! Чей диверсант?!

– Америки. Вышел с ними на связь со своей высотки и…

– И что?! И помогаю им ракеты навести опять?! По своим?! По жене, по отчиму?! По тебе, мудиле?! Тебя продали, меня продали, и наших всех продали, души их, всем списком! Вот что. Понял?!

– Они собой пожертвовали, и все. А красные… Так нужно. Трудно, но нужно. Сейчас время объединяться, Артем. Хоть бы и с красными. Есть другой враг. Настоящий. Трудно забыть пацанов. Я знаю. Старик сам не может их забыть. Ты же видел. Видел, он с ними пьет каждый день.

– Он не с ними пьет. Он просто бухает! Бухает, потому что был герой, а стал колобок! Ни ручек, бля, ни ножек! А если он реально думает, что война с Западом не кончилась…

– Она не кончилась! – заорал Летяга. – Как ты не видишь-то?!

– Доказательства есть какие-нибудь?! Этот Бессолов?! Он как вам доказал, что война?! Тебе мозги промыли! Как он вас всех за яйца-то так крепко взял?!

– Это тебе мозги промыли! Они всегда! Они изо всех щелей! Они нас стереть с лица земли!

– Сука! – Артем вскочил на здоровую ногу. – Ничего не докажешь! Никому ничего не докажешь!

– А ты-то мне что доказал?! Если не враги – тогда – какой смысл?!

– Какой?!

– Да!

– Не знаю!

– Ну и отвали от меня тогда!

Артем подумал. Кивнул. Поковылял прочь.

– Куда? – вслед ему крикнул Летяга.

– Ты прав, – не оборачиваясь, ответил себе Артем. – Ты прав. Должен быть смысл. Просто мы не понимаем его пока. И старик твой не понимает. И Свинолуп знает вряд ли. Хорошо, есть, у кого спросить.

– Погоди! Артем! Артем!

Летяга нагнал его уже у Лубянской площади. Отдал свой противогаз.

– Возьми. Я так доберусь.

Артем не стал спорить. Поплевал маске в глаза, примерил. Прогундосил Летяге:

– Спасибо. Сейчас никак раньше времени сдохнуть нельзя.

От Лубянки потащился, хромый, вниз.