На журнальном столике, придвинутом к тахте, стоял телефон, пепельница, набитая окурками, блюдце с надкусанным, заветренным куском вареной колбасы, пустой стакан. На полу, под столиком, — маленькая коньячная бутылка. Пустая.

— Надо звонить в «Скорую» и в милицию, — прошептала Катя побелевшими губами, — смотри, она не дышит. Может, сначала искусственное дыхание? Меня учили, только я никогда не пробовала… Мы ведь говорили с ней по телефону не больше сорока минут назад. Паша… я боюсь… Паша решительно шагнул к тахте, взял свисавшую руку женщины, стал искать пульс на полном запястье.

Рука была теплой, но пульс никак не прощупывался. Паша склонился над Эллой Анатольевной, приподнял веко. Катя схватила телефонную трубку. Но не успела набрать 03.

— Чего надо? — хрипло пробормотала Элла Анатольевна и, отмахнувшись от Паши, как от назойливой мухи, повернулась на бок, лицом к стене.

Катя бросила трубку и нервно рассмеялась. Только сейчас они почувствовали мощный запах перегара. Петрова опять повернулась, вяло выматерилась, села на кровати, опухшая, растрепанная, стала зевать во весь рот и тереть глаза.

— Ну чего надо? — повторила она, тупо уставившись на Пашу.

 — Ты кто такой?

— Элла Анатольевна, — отсмеявшись, сказала Катя, — вы просили приехать срочно. Вы говорили, вам плохо с сердцем. Что случилось?

— Катюха, ты, что ли? А чего ржешь-то? Ну, плохо было, а денег ни копейки в доме. Ты позвонила, я и решила… это самое… если б я попросила тебя просто денег чуток привезти, ты бы ни за что не приехала. — Элла Анатольевна громко, виновато всхлипнула. — Мне правда плохо было. Думала, помру, не вынесу. На трезвую-то голову всякая жуть в мысли лезет. Сейчас ведь время какое… Вот и Глебушку твоего убили, а я ведь его во-от такусеньким знала… Как же не выпить? Выпью — вроде легче.

Ты прости меня, Кать, я, пока ждала тебя, нашла у Светки бутылек в загашнике, вот, поправилась. — Она опять тяжело плюхнулась на тахту. — Спать хочу, не могу. Ты меня прости, я посплю чуток.

— Нет уж, — Катя решительно села рядом с ней на тахту, — у вас пропала дочь. Сейчас мы вместе пойдем в милицию, и вы напишете заявление. А потом будете спать, если так хочется.

— Ой, да ладно тебе! — Элла махнула рукой, отвернулась к стене. — Загуляла Светка с Вовчиком или с кем, на фига в милицию-то?"

"— Да проснитесь вы наконец! С каким Вовчиком? Вы можете понять, что вашу дочь никто с субботы не видел? А сегодня вторник! Она у вас единственная, она пропала, вам что, все равно? Нельзя себя постоянно водкой глушить.

 — Катя попыталась поднять Эллу Анатольевну за плечи. — Встаньте, пожалуйста, примите душ. У вас есть кофе? Давайте мы вам сварим крепкий кофе, надо идти в милицию. Мы не можем искать Светлану без вас, вы — мать, а мы — совершенно посторонние люди.