Ну, через два — как максимум, — быстро произнесла Маргоша.

— Конечно, вернешь, солнце мое, — полные губы мягко усмехнулись, — не переживай, вот тебе пятьсот. — Щелкнул замочек элегантной дорогой сумки, выплыл бумажник, холеная белая рука протянула Маргоше купюры.

— Светка, спасибо, век не забуду! — засияла Маргоша и чмокнула гримершу в полную нежную щеку, но тут же спохватилась:

— Пятьсот это много, мне нужно только триста.

— Ладно, зайчик, не прибедняйся. Тебе нужно значительно больше, — весело подмигнула Света.

— Ага, как в том анекдоте про слона, — нервно засмеялась Маргоша, — съесть-то он съест, да кто ж ему даст?

— Ну, за просто так, конечно, никто не даст.

А заработать можно. Ты ведь все заливаешь про родителей. Я вижу, какие они у тебя богатые. — Света заговорила очень тихо, хотя, кроме них двоих, никого в курилке не было. — Голову надо иметь на плечах, солнце мое.

— То есть? — прошептала Маргоша.

— Хочешь пятьсот баксов? Вот чтобы прямо послезавтра у тебя была эта сумма в кармане, хочешь?

— Издеваешься? Где же я могу заработать столько? На панели, что ли? — На Маргошу напал какой-то неудержимый нервный смех, она даже икать стала от смеха.

 — Пятьсот баксов! Послезавтра! Может слон сожрать тонну бананов за раз? Съесть-то он съест, да кто ж ему даст?!

— Ладно, кончай ржать, — жестко сказала Света. Маргоша замолчала как по команде. Лицо ее сделалось серьезным.

— Свет, ты можешь толком объяснить? — Маргоша заметила, что в ее голосе появились неприятные просительные нотки.

Затрещал звонок. Надо было идти на третью пару. — Все, зайчик, беги учись, — Света ласково потрепала ее по щеке, — только не слишком переутомляйся.

Я тебе потом все объясню.

Вечером опять поднялась метель. Мокрый снег летел в лицо. В новых сапогах было тепло и уютно. В начале восьмого блестящий черный «Ауди» притормозил у старого здания Малого театра.

— Ну что, красавицы, не успели замерзнуть? — весело спросил аккуратный седой господин, выходя из машины и красивым жестом распахивая заднюю дверцу.

— Привет, — Света чмокнула господина в губы, — познакомься, это Маргоша, моя подруга.

Господин внимательно, с ног до головы, оглядел тонкую фигурку в жалкой курточке. Его лицо показалось Маргоше смутно знакомым, где-то она видела его, то ли по телевизору, то ли на фотографии в каком-то журнале. Он галантно поцеловал Маргоше руку, произнес: «Очень приятно», однако сам не представился. Даже имени не назвал. Но Маргоша не обратила на это внимания. Ей было легко и весело.

Полчаса назад она шарахнула полстакана французского коньяку у Светы в гримерной.