Другие тоже выкрикивали с мест, не дождавшись разрешающего знака для высказываний. Потому что мнений хватало, а противоречивых суждений звучало ещё больше.

Разве что весьма дельно высказался офицер от валухов:

– Вот если бы из мира Набатной Любви на время прибыли все наши наёмники! Тогда бы мы легко проломили оборону противника, вышли на оперативный простор, достигли нужного города и взорвали бы их порталы с прародиной.

– Правильная мысль, – похвалила его Вера. – Но чтобы взорвать как следует, хорошо бы вначале дождаться возвращения Иггельда Ивлаева. К тому же мы не знаем, насколько возможен переброс сюда всех представителей вашей цивилизации.

И согласятся ли они? Вы готовы дать ответ на такой вопрос?

– Затрудняюсь… Потому что не ведаю настроений моих земляков. Давно там не был… Этот вопрос лучше задать Эмме Гентлиц. Она служит рупором того же барона Фэйфа, так что просто обязана знать, что к чему.

– Мм?.. А где принцесса Гентлиц? – стала оглядываться по сторонам Катерина. – Почему её нет на обсуждении?

Секретари, пожав плечами, после гневного взгляда умчались на поиски главного вербовщика великанов.

Минут тридцать они где-то метались по дворцу, тогда как дискуссия возобновилась с новой силой.

Потом всё-таки секретарь вернулся, несколько растерянный и даже чуточку бледный. Докладывать для всех, и уж тем более императрице, он не решился, а бочком продвинулся к главному дипломату и стал шептать ей на ушко:

– Ваше высочество, Эммы нигде нет. Мы по горячим следам устроили тщательные поиски и выяснили последние перемещения принцессы.

– Короче! – не скрывала своего раздражения Катерина. – Говори, куда она делась?"

"– Вначале она как бы прогуливалась по дворцу, а потом очень пристально заинтересовалась помостом, который возвели в одном из коридоров по вашему приказу.

Влезла на самый верх, что-то там пристально рассматривала, радостно смеялась, после чего слезла и умчалась в свои апартаменты.

– Я тебя сейчас превращу в дятла! – уже восклицала главный дипломат. – Ещё короче!

– Так я и говорю… У себя она облачилась так, словно собралась на месяц войны со зроаками и вновь поспешила к помосту. Вот там её и видели в последний раз, с кряхтением взбирающуюся наверх, волокущую за собой кучу оружия и баулы.

Не успели оглянуться… а её уже и нет!

Императрица уже давно улавливала чутко каждое слово доклада. Поэтому она и не сдержалась первая от знакомых большинству присутствующих восклицаний:

– Эпическая гайка! – конечно, эти слова от экселенса Бориса звучали более привычно, чем из прекрасных женских губ. – Еловая жизнь! Да что ж она за су-у-у… тьфу ты, овца паршивая! Почему её Борька ещё в первый день знакомства не пришиб? Или не продал в какой-нибудь притон?..