Нет…

Пожалуйста!

Жгучие слезы текли по щекам, с губ срывались тихие всхлипы. Я судорожно сжимала окровавленный платок в руке.

Я была аккуратна, соблюдала ритуал…

Внезапно дверь в комнату открылась, и внутрь вошла Дэбра. Она изумленно застыла у порога.

— Лана? — взволнованно произнесла подруга, увидев меня на полу. — Что с тобой? Что здесь…

Она запнулась на полуслове, и ее взгляд переместился на сломанный и покрытый кромкой льда стол у стены,

— Блэквуд… — ненавидяще прошептала она и, тут же подбежав ко мне, порывисто прижала к себе. — Что он сделал? Он ранил тебя?!

Я молчала, кусая до крови губы.

— Тише, ты вся дрожишь… — шептала она, поглаживая меня по спине. — Вы снова поссорились?

Я не выдержала и окончательно расплакалась на груди Дэбры, а она чуть крепче сжала меня в своих объятиях, продолжая гладить по спине.

— Пожалуйста, не плачь… — но я не могла остановиться.

Мне было страшно.

Рыдания усиливались, словно все, что так долго копилось на душе, наконец-то вырывалось наружу.

— Нет, это уже слишком… — произнесла Дэб, а после чуть отстранилась, и я почувствовала, как она пальцем рисует на моей спине замысловатую руну.

Грудь словно сковало в тиски, и в следующее мгновение сердце пропустило удар. Я испуганно вдохнула, приоткрыв рот, и тут же почувствовала, как замедляется сердцебиение, восстанавливается ритм.

Тревога и страх отступили, позволяя мгновенно успокоиться и выровнять дыхание.

— Вот так… — ласково произнесла она. — Теперь все хорошо.

Я отстранилась, изумленно заглядывая в глаза Дэб, и подруга снисходительно мне улыбнулась, убирая прилипшую прядь волос с моего лица.

— Что… что это? — прошептала, изумленно ощущая, как утихает дрожь.

— «Успокаивающая» руна, — ответила она, взяв меня за руку. — А теперь расскажи, что произошло.

Она беспокойно смотрела на меня, ожидая ответа.

Дэбра…

У меня никого не было кроме нее. Она единственная, с кем я могла поговорить, и я решила признаться.

— Я… — судорожно прошептала, и подруга напряглась, чуть крепче сжимая мою руку с платком в своих ладонях. — Я, кажется, беременна.

— Что?! — ошеломленно воскликнула она, округлив серые глаза, и я болезненно прикусила щеку изнутри, стараясь вновь не поддаваться панике.

Я молчала, растерянно вглядываясь в ее лицо сквозь пелену слез. Язык не поворачивался сказать правду.

Меня вдруг замутило, и я резко вскочила, вырвав руку из ее теплых ладоней.

— Лана?! — раздался позади ее не на шутку обеспокоенный голос.

Я добежала до ванной комнаты и упала на колени, склонившись над унитазом, и содержимое моего желудка вышло наружу.

Было плохо. Очень.