Он? Паникер? Да ладно… Яр заставил себя успокоиться. И даже съел предложенный суп. Потом поигрался с Данькой, а перед уходом попросил разрешения заходить к ним почаще, чтобы налаживать контакт с сыном, пока Лизы нет. Так и сказал – с сыном. Окончательно привыкнув к этой мысли. Елена Дмитриевна страшно расчувствовалась. Шмыгая носом, заметила, что с Данькой они сидят по очереди с родителями Сергея.

– Думаете, они будут против наших отношений с Лизой?

– А тебе не плевать?"

"Яр кивком головы дал понять, что ему до одобрения Полярниковых дела нет. Но когда все же была их очередь сидеть с Данькой – встречу с ним пропускал.

Вовсе не потому, что боялся, чтобы они там себе чего не подумали. Просто не хотел принимать каких-то решений, касающихся семьи, без Лизы. И эти дни, дни, когда он не знал, чем себя занять, и не мог отвлечься на Даньку, были для него самыми тяжелыми. Еще сильнее он стал нервничать, когда прошла неделя, а она не вернулась. Поднял на ноги Дубильета. Тот был мужик что надо. Сразу просек, что его интерес неспроста. И успокоил.

– Да вы, братцы, не переживайте. Она на денек задержалась. Это согласованное мероприятие.

Глядишь, завтра к вечеру будет уже дома.

Яр кивнул. Но не слишком поверил. Что-то зудело в нем, не давало покоя. Какая-то необъяснимая тревога. Так прошел день. От Лизы не было новостей. Второй… Яр приехал в редакцию, поймал главреда, который уже и сам извелся. Вместе они просидели у телефона еще сутки. Страшные сутки. Мучительные. Яр бы врагу такого не пожелал.

А потом раздался тот самый звонок…

Глава 17

Яр телом ощутил момент, когда до Лизы дошел смысл сказанного. Просто в один миг напряжение, сковавшее ее тело, схлынуло. Она обмякла и стала тяжело заваливаться на бок, не в силах себя контролировать.

Да он и сам чуть лужей не растекся у её ног, буквально чудом сохранив выдержку. Прежде чем встать, Яр позволил себе всего одну слабость. Секундную, в общем-то. И совершенно… абсолютно ему недостаточную. Но такую нужную ему в тот момент, что удержаться не было никакой возможности.

Яр прижал Лизу к себе и, уткнувшись носом в ее макушку, бесшумно, но жадно втянул в себя аромат ее кожи. Объективно – тот не мог быть приятным. После стольких дней, что Лиза провела в плену. Но для него ничего вкуснее и желаннее не было.

Ни-че-го в целом мире.

– Можешь идти? – шепнул он.

Лиза кивнула. Обхватила его лицо ладонями, приблизила нос к носу. В темноте ни черта было не разглядеть. Лишь глаза поблескивали.

– А как же Фед? И другие люди…

Яр резко качнул головой, давая понять, что для разговоров не время. Лиза понятливо кивнула. Она встала на нетвердые ноги, перед этим с трудом отыскав в темноте свои тетрадки. Заткнула их за пояс грязных джинсов и, ни секунды больше не медля, пошла вслед за Яром.