Поток лучей стекал вниз — на белый мраморный пол и каменный свиток, возвышающийся на прозрачном стеклянном постаменте. Мастерство двери-аса, сотворившего эту красоту, было столь велико, что создавало иллюзию парения в воздухе. Словно мраморный лист завис над полом и вот-вот улетит к куполу вместе с высеченными на нем словами…

«Дар».

«Память».

«Вечность».

Я никогда не видела ничего прекраснее Белого архива Двериндариума. Перевела ошеломленный взгляд ниже.

Передо мной был уютный зал, заполненный массивными столами из полированного дерева, бархатными креслами и торшерами, льющими мягкий желтый свет.

Я несмело шагнула к ближайшему креслу.

— Простите… я ищу Харди Дэффа. Вы не знаете, где я могу его…

— В Черном архиве, — прошептал парень, оторвавшись от своей книги. — Это вниз.

Вниз?

К моему изумлению, ступеньки вели не только к потолку. Они стекали каменными порогами в глубину, куда-то в подземелье этого невероятного места.

Но если Белый архив казался сотворенным рукой самого Божественного Привратника, то Черный наводил на мысли о Двуликом Змее и Бездне, в которой он живет.

"Спускаться пришлось долго. Белый архив со всем его сияющим великолепием остался где-то наверху. Здесь же тянуло сухим холодом, а черные камни светились призрачным голубым сиянием. Похоже, архивариусы прошлого сделали все, чтобы еще на подходе отбить желание копаться в тайнах империи. Когда из тьмы показался широкий зал и мне навстречу шагнуло чудовище в черном балахоне, я едва удержалась от желания либо завопить, либо двинуть чудовищу в зубы.

Но тут страшилище сделало шаг в круг света и оказалось обычным косматым стариком, одетым в старомодный длиннополый мундир. Седые космы архивариуса всклокоченным облаком лежали на голове, а на носу блестели красные стекла пенсе, принятые мною за кровавые глаза.

— Ух ты, девица, — сипло пробормотал старик, вытащил огромный клетчатый платок и шумно высморкался. — Сырость замучила! Кости ломит, и в носу свербит! Спасу нет!

— Может, вам стоит обратиться к врачевательнице? — осторожно предположила я.

— Какой еще врачевательнице? — подозрительно прищурился архивариус.

— Леди Куартис.

— Куартис, Куартис, — забормотал он. — Свен Куартис — мертв, Фильд Куартис — мертв, Глен Куартис — уж пару веков как мертв, Эльза Куартис… Брендон Куартис…

— Саманта Куартис, — подсказала я.

— Ах, эта… — Харди Дэфф, а это, несомненно, был он, пошамкал губами. И улыбнулся. — Живехонькая коза!

И вдруг замахнулся на меня кривой палкой-клюкой.