– Но разве общественный долг журналиста не в том, чтобы оповещать и предостерегать, если у него есть информация о будущих катастрофах, независимо от того, что думает по этому поводу разведка?»

Совершенно ясно, что человек со шрамами на лице желал, чтобы статьи, которые Хоан посылал в свою газету, сеяли панику и страх, но как бы он отреагировал, если бы Хоан своей статьей для завтрашнего номера смешал все его планы? Что бы он сделал? Воспользовался бы возможностью создать ложное чувство спокойствия и перенес бы теракт туда, где его меньше всего ждут?

Хоан попытался подвести итог.

В данный момент Галиб, по-видимому, не знает, где он находится. Если он будет очень осторожным, то что помешает ему послать свою статью со всеми точными данными в «Орес дель диа»? Похоже, ничто. Но проблема была в том, что он не знал некоторых существенных фактов. Где сейчас Галиб и что делают он и его люди? Хоан знал только, что этот опасный человек, вероятно, находится в одном из самых оживленных мегаполисов Германии и что он, не считаясь ни с чем, будет идти к своей цели.

Некоторое время Хоан взвешивал все «за» и «против», когда в купе вошел человек и встал у его столика.

– Хоан Айгуадэр? – вежливо спросил он.

Хоан поднял брови и посмотрел на невысокого мужчину плотного телосложения, который для этого времени года был странно загорелым.

– Да, а кто вы? – спросил он.

– Мне всего лишь нужно передать вам вот это, – сказал мужчина и протянул ему конверт. Затем он приподнял шляпу, извинился, что помешал, перед сидевшими рядом и вышел.

Конверт был совершенно обычным, в отличие от послания.

Письмо гласило:

Откуда ты узнал, что ехать надо во Франкфурт? И как ты оказался в полиции минувшей ночью? Разве я не велел тебе держаться от них подальше? Мы знаем обо всем, что ты делаешь, Хоан Айгуадэр, поэтому берегись.

Один неверный шаг – и на этом игра закончится. Во Франкфурте ты узнаешь как.

Хоан чуть не задохнулся. «Один неверный шаг – и на этом все, игра закончится» – так было написано. «Закончится» в данном случае означало что-то одно абсолютное и бесповоротное, он нисколько в этом не сомневался. «Закончится» – это перерезанное горло. Это плен и пытки. И на этом всё.

«Что мне делать? – в отчаянии подумал он.

 – Выпрыгнуть из поезда до станции?»"

"Он сжал в руке мобильник. Если он позвонит Герберту Веберу в службу безопасности, то они решат, что он им больше не нужен. Он станет подозреваемым, попадет в камеру предварительного заключения вплоть до завершения дела, и развеются все мечты о величии и охоте на женщин на пляже в Барселоне. Одним махом он превратится в нуль, отправится назад в свое безрадостное прошлое, с которым он пару дней назад, казалось, расстался навсегда.

Хоан еще раз перечитал записку.