Но что-то не так… дышать тяжело… словно в воздушном шарике дырка. Ты надуваешь, надуваешь… а все без толку. Так и я вдыхаю… вдыхаю… и задыхаюсь!

— Демид Альбертович!

— Скорую, — двигаю губами.

— Демид! — подлетает ко мне Злата, падая на колени рядом.

Разбитые до крови губы дрожат. Трогательная девочка… Опять напугали до полусмерти.

Она нервно стирает пальцами со своего лица кровь и нерешительность тянется ими к моей груди. Её кровь… моя кровь…

— Нет! — рявкаю испуганно. Злата отдергивает пальцы.

— Демид?… — растерянно ищет мой взгляд, наклоняясь над моим лицом. Ощущая, как все немеет, я как будто куда-то плыву на волнах. Пульсирует всё…

Одежда на мне слишком быстро намокает. У меня пара минут, может…

Как страшно отключиться! Ощущение, что этот мир рухнет, если я посмею закрыть глаза. И даже страшно представить, что станет с ней, когда я перестану контролировать эту ситуацию.

Рыча на себя от злости, что совершенно не могу бороться с тем, что сознание моё утекает, я очень быстро принимаю. Единственно верное решение! Потому что сейчас я покину эту реальность, а когда вернусь я не знаю. И вернусь ли вообще?..

Пробки в Москве. Успеют ли? Поэтому — пусть будет так, а потом я это разрулю.

— Злата…

Её медальон, выпавший из разреза касается моего плеча. Я сгребаю его в окровавленный кулак и, тратя последние силы, срываюсь с ее шеи, вместе с цепочкой. Это моё.

Вздрогнув, беспомощно прижимает ладонь к шее, пачкая ее кровью.

— Слушай… сейчас подпишите все… брачный договор… прямо сейчас… пусть вас зарегистрируют с Родионом… Ты выходишь за Родиона! Сегодня. Поняла?

— Демид! — жалобно.

— Убери руки! — рявкаю я на ее очередную попытку прикоснуться к ране.

В крови мля всё! Страшно…

— Сделаешь, как сказал. Уходи!

Уберите её от меня ради бога. Здесь всё в моей крови! Страшный сон какой-то…

— Нет! — всхлипывает она. — Скорая сейчас…

Нельзя, чтобы она скорую со мной дождалась, я должен им сказать про ВИЧ. Чтобы они были аккуратны. При ней — не хочу!! Не могу!

— Уходи.

Ласково прикасаясь к моему лицу пальцами, наклоняется, пытаясь притронуться своими губами к моим.

Разбитыми, окровавленными губами.

Аааа!!!

Рывком отворачиваю лицо, сжимая губы.

— Убирайся, сказал!.. Макс!! — мучительно кричу я. — Уведи их.

Подхватывая трясущуюся, плачущую Злату, мой охранник оттаскивает её от меня.

Слышу сирену скорой. Надеюсь это ко мне. Не отключаться! Нельзя отключаться! Я еще не всё сделал…

Набираю на телефоне отца, уже ничего не чувствующими пальцами. Не берет трубку! Брата набираю. Еще минуту мне дайте! — бросаю слепнущий взгляд на темное небо.

Уже почти не соображая, объясняю брату, что нужно сегодня… сразу… прямо сейчас… не дожидаясь еще одного захода Дагиева.