И это тоже импонирует в ней, то, что она не пытается из себя строить ту, которой не является.

Только я собираюсь тронуть машину с места, как на перерез мне вылетает машина брата. Он криво паркуется, преграждая мне дорогу.

— Родион… — задумчиво склоняю голову на бок, разглядывая как он вытаскивает с заднего сиденья огромный букет белых цветов — большие и маленькие розы, пионы, каллы… Красиво.

— Прости, брат, — улыбается он, не сводя восхищенных глаз со Златы. — Это Вам!

Кладёт ей на колени. Она растерянно принимает букет."

"— Всё! Больше не мешаю! — примиряюще раскрывает ладони, ретируясь в свою тачку. И бьёт по газам, освобождая мне путь.

Я, обтекая, смотрю на этот чёртов букет.

— Извини… — цежу я, едва скрывая злость.

— За что?

— За то… что… я… позабыл о том, что женщинам дарят цветы. Это косяк.

— Ваш брат его исправил, — вздыхает она, отворачиваясь. — Вы же в одной команде, да?

Кровь стучит в голову. Мля. Забираю букет с ее колен и вышвыриваю его на асфальт. Её глаза распахиваются от шока. Ну вот такой вот я человек. Ты же любишь честность! Втапливаю педаль в пол.

— Пристегнись…

Злата с любопытством разглядывает витрины и высотки, мимо которых мы едем. Встаём в небольшую пробку. Возвращаю тент, включаю климат контроль, чтобы не дышать выхлопными газами. Надо попробовать реанимировать наше свидание. «Рот в рот», например… Рассматриваю ее манящие губы.

— Давно ты в Москве?

— Дней десять, — двигаются губы, завораживая меня еще сильнее.

— Нравится?

Пожимает плечами. Я чувствую тонкий запах ее духов, с легким восточным оттенком. Он кружит голову и делает мне еще горячее от ее близости. Следит глазами за светящейся приборной панелью. Касаюсь незаметно сенсора, включая чувствительность к звуку. — Какую музыку включить? Светящаяся панель пульсирует тонами, улавливая все оттенки моего голоса. Брови Златы с удивлением поднимаются. Приоткрывая восторженно губки, касается пальцами светодиодных линий. Прячу улыбку. Забавная…

— Первый раз в такой машине?

— Дед любит более простые. И у нас был обычный джип.

Панелька играет цветами, реагируя на ее тембр. Мой голос определился как красный и темно-синий цвет, ее — сиреневые и золотистые тона. Красиво…

— А ты какие любишь?

— Не знаю.

— Может, куда-то хочется сходить?

— Может быть, — уклончиво.

Чего так сложно-то? Давай уже, иди на контакт, девочка! Брак же нужен не только мне, правда?

— Послушай, Злата… — подбираю я слова, пытаясь контролировать интонации. — Наверное, я не самый позитивный и общительный человек. Но в муже ты ведь ищешь не это?

— Не это.

— То, что ты ищешь, у меня есть. Скажу больше — мне интересно это тебе дать.

Подумав немного, добавляю, сочтя, что предложение не достаточно привлекательно для нее.