Например, то, что я профессор в университете, где он учится. Что у меня не лучшие отношения с его отцом. И несмотря на чувственную близость, такую, которую не сыграешь, в искренность его намерений я не могу быть уверен.

Да, я хочу, чтобы он не переставал меня целовать. Хочу рвать эти тряпки на нем и коснуться горячего тело, но…

— Остановись, — толкаю Загорского, что удаются мне не с первого раза. — Хватит!

— Что ты несёшь, профессор?! — Он мотает головой и вновь прилипает к моим губам.

И я бы молчал дальше, не думал ни о чём, но рука Демьяна расстегнула брюки и коснулась каменного члена. Ток прошёл по телу, а сердце грозилось сломать пару рёбер.

Нет. Остановись. Нельзя…"

"Молотком по голове, и я снова отталкиваю Загорского, но чтобы наверняка, проскальзываю мимо и отхожу от него на несколько шагов.

— Уходи, Загорский, — едва дыша, хрипло говорю я.

— В каком смысле уходи? — Он делает шаг в мою сторону.

— В прямом! — кричу я, заправляя рубашку в штаны.

— Ты же этого не хочешь, — кивает он на мой пах. — На хрена ты сопротивляешься?

— Есть много причин…

— Не мели чепухи, ты и сам понимаешь, что…

— Я сказал — уходи! — грубо ору на него.

Он минуту пронизывает меня тяжёлым взглядом, вижу, что хочет что-то сказать, но не делает этого.

— Ты об этом пожалеешь, — в итоге бросает он и выходит из кабинета, оставляя меня один на один с мыслью, что я уже жалею.

Не собирался податься в другом направление, но, видимо, это не мне решать. Скрывать от себя, что меня тянет к нему, не буду, и это далеко не пахнет дружбой или чем-то ещё. Это именно желание. Желание касаться его тела, чувствовать его близость, максимальную близость. И если есть человек, который поменял бы мои представления о чувствах, то это определённо он. Но есть нюансы, которые красными буквами написали на нём «запрет», хоть от этого хочется ещё больше. Нельзя. Нужно забыть о нём и о том, что произошло между нами. И сделать всё возможное, чтобы не пересекаться с ним.

Выходные оказались далеки от отдыха и расслабления. Загрузил себя делами и собранием вещей для отдыха, но перед глазами так и мелькал Загорский и его лицо, на которым просвечивалась обида при входе из моего кабинета. Убеждаю себя, что мне показалось, с чего бы такому, как он, обижаться? Уверен, как только вышел от меня, нашёл себе развлечение на ночи, или к тому парню с гонок поехал. От этой мысли неприятно кольнуло в груди, а кулаки сжалась до хруста.

Забыть, просто забыть.

Гавайи встретил меня жарой и духотой, на мероприятие опоздал, но это и не важно, я прилетел увидеться со старым другом. С человеком, что сделал меня таким.