— Собери всех и привезите мне Кузнецова, — приказываю я и прохожу к одному из кресел. — Живым, — добавляю и сажусь. — Быстро! — рявкаю, так как он стоит и смотрит на меня.

— Понял! — пролепетал он и, сделав знак рукой, позвал несколько охранников с собой.

Я мог бы поехать с ними, но лучше останусь, на случай, если будет что-то от Серёжи. Телефон по-прежнему выключен, и как бы я не выглядел спокойным, сердце не перестаёт тревожно биться."

"Лёша приехал через полтора часа, за это время я успел пересмотреть все записи с камер видеонаблюдения, и позвонить Серёжи в сотый раз. За окном уже ночь, и если бы он просто решил прогуляться, то давно бы вернулся. Да и угроза Кузнецова имела прямой посыл.

— Босс, — запыхавшийся Лёша ворвался в комнату. — Куда вести? — спрашивает он.

Я осматриваю его, судя по пятнам кровь и порванным пиджаке, всё прошло не очень гладко.

— В соседнюю комнату, — говорю и встаю с кресла. — Привяжите его покрепче! — кричу вслед и, проверив пистолет, иду за ним.

— Потери? — спрашиваю Лёшу, пока его подчинённые выполняют мой приказ.

— Один убитый и трое раненых, — с выдохом говорит он.

— Помощь оказали? — закатываю рукава рубашки.

— Да, отвезли к нашим.

Я киваю его словам, и в этот же момент нам говорят, что Кузнецов готов «принимать гостей».

Делаю шаг и переступаю порог комнаты, закрываю за собой дверь и поворачиваюсь к нему.

— Загорский, — усмехается он. — Мне кажется, переговоры не так ведутся, — наклоняет голову на бок.

— А это не переговоры, — приближаюсь к нему, сжимая кулаки до хруста. — Где Серёжа? — шиплю ему в лицо.

— Почему я должен знать, где твоя шлюх…

Взмах руки, и он сплёвывает кровь на пол.

— Не советую пиздеть, — тычу пальцем в его грудь. — Ты отсюда живым не выйдешь, пока я не узнаю, где Серёжа.

— Загорский, я ведь не раз был на твоём месте, и мы оба прекрасно знаем, что я в любом случае не выйду отсюда живым, — говорит он, смотря прямо в мои глаза. — Но где твой Серёжа, я понятие не имею.

Усмехаюсь и отхожу на шаг.

— Ты пару часов назад явился ко мне с угрозой в его сторону, а сейчас говоришь, что не знаешь. Пахнет пиздежём, тебе не кажется? — упираюсь подбородком в кулак и делаю задумчивое лицо.

— Я решил дать тебе время до вечера, — тон спокоен, но по нему видно, что ссыт.

— Уже ночь…

— Я его не трогал! — орёт он мне.

— Мне насрать кто, я спрашиваю, где он? — сжимаю его горло со всей силы, и он начинает краснеть.

— Я… не знаю… — хрипит, и я разжимаю пальцы.

— Убить я тебя не могу, но пристрелить ноги запросто, — достаю пистолет и стреляю ему в ногу.

Оглушающий крик заполняет комнату, а серая ткань уже впитывается кровью. Невольно вспоминаю, что сделал тоже самое со своим отцом, а потом я его и вовсе убил.

Не исключаю такой участь и для Кузнецова, если он продолжит молчать.