А вот старичок говорит на вьетнамском. Который я тоже знаю: изучение языков — один из базовых, но эффективных способов раскачки, когда идёшь по пути Разума. Так что я выучил все возможные — от распространённых до редких африканских диалектов.

Что ему ответить? Есть тут какие-то правила этикета или нет? Молча смотрю на старика, а внутри нарастает раздражение. Судя по эмоциям, он знал родителей этого пухляша. И теперь сожалеет о том, что их сын превратился в такой кусок дерьма.

Спокойнее, Кир. Он может пригодиться. Если отец этого пузатого недоразумения на самом деле был его другом, это можно использовать. Нужно только скорректировать точку зрения высушенного вьетнамца в нужную сторону."

"— Я тоже рад видеть друзей своего отца в этом доме. Буду счастлив разделить общие воспоминания о нём.

Тот переводит взгляд на мачеху.

— А вы говорили, что он почти не знает вьетнамский.

Вот теперь во взгляде этой суки проскальзывает лёгкое удивление.

— Раньше Тео им не пользовался.

Старик снова переключает внимание на меня. Едва заметно наклоняет подбородок.

— Не думаю, что отец рассказывал тебе о Сай Нго. Но теперь я живу в Дели. Буду рад видеть тебя в своём доме.

Щёлкает пальцами, и от стены отделяется незаметная тень, моментально принявшая очертания молодого азиата в костюме-тройке. Как я не заметил этого парня?

Вспомнив о том, что пока ни на что не годен, стараюсь удержать эмоции под контролем. И забираю протянутую мне визитку, которую парень ловко извлёк из внутреннего кармана. Имя, адрес, номер телефона. Выполнена на чёрной бумаге золотым тиснением. Ничего лишнего.

Так и держа её в руках, отвешиваю неглубокий поклон. И фиксирую в глазах старика лёгкий интерес.

— Позвольте откланяться.

Старичок слегка улыбается, а я разворачиваюсь и шагаю к своей комнате. Сталкиваюсь с Айлой, которая недоумевающе пялится на меня. Хочется ударить по ней здесь же. Заставить ползать в ногах, вымаливая прощение. Машинально концентрируюсь, готовясь атаковать. И в очередной раз подавляю разочарованный вздох.

До комнаты добираюсь без происшествий. Закрыв дверь, осматриваю её. Замок есть. Но без ключа. Похоже толстяку не разрешено изолироваться от остальных обитателей особняка. Никакой приватности.

Снова беру в руки телефон. Теперь я знаю фамилию этой туши. Можно поискать данные.

Теодор Ли-Корнелий. По запросу находится лишь пара совпадений. Первое — короткая заметка о рождении ребёнка. Второе — списки зачисленных на первый курс университета имени Джанко. Не так много. Зато в первом материале есть имена родителей, которые я сразу проверяю.

Отец — Дэшен Ли. Китаец, сбежавший по какой-то причине из страны. Остальные члены семьи казнены на территории Китайской империи.