— Чего хотел?

— Вагон-ресторан, — промямлил он.

— Чего?

— Ужин. Вагон-ресторан.

— Ангелы и Демоны, Ард! — вскипела Катерина. — Ну хочешь, вон, грудь мою потрогай, чтобы пар выпустить! Ты можешь нормально изъясняться, или нет?!

Арди дернулся и, усилием воли, вновь увидел перед собой не обнаженную женщину, а опасного стрелка второй канцелярии.

— Я иду в вагон-ресторан поужинать, — куда более спокойным тоном произнес юноша. — Йонатан сказал взять тебя с собой.

— Н-да? — цокнула языком Катерина и посмотрела в сторону дальнего купе. — А выдать мне командировочных этот самый Йонатан не хотел?!

— Все расчеты по окончанию миссии! — донесся голос Корносского. — У мальца есть семьдесят ксо! Ни в чем себе не отказывайте и… да срань Светлоликого! Опять не в масть! Ну сколько можно…

Катерина закатила глаза и подхватила ничего не понимающего Арди под локоть.

— Чего застыл? — дернула его в сторону. — В чем мать родила ты меня уже видел, так что теперь угости госпожу ужином и, глядишь, мы перейдем к…

— Катерина, — тихое, вкрадчивое шипение Цасары буквально пронизывало душу насквозь.

Стрелок вздрогнула и слегка побледнела.

— Это я так шучу, — отрывисто произнесла она. — Пойдем, Ард. Посмотрим, чем богатеи давятся.

Они миновали свой вагон, затем прошли через еще один такой же, где за запертыми дверьми иногда слышались разговоры, в том числе и на незнакомых Арди языках, а затем, перешагнув очередной мостик между вагонами, оказались перед деревянной дверью, толкнув которую…

Ардан помнил рассказы Марта о «ресторанах» в Метрополии. Мол они украшены так, что парень сразу поймет, что оказался в дорогом и необычном месте. Так вот кто бы не строил этот вагон, то он, видимо, придерживался той же позиции.

Вместо купе здесь, по одну и другую сторону, стояли столы, укрытые белыми, шелковыми скатертями, на которых покоились хрустальные бокалы и серебренная посуда.

За некоторыми из них сидели путешественники. Женщины в платьях, шить которые мечтала мама Арди. Сверкающие искрящимися нитями, приталенные, почти до самого пола, они и сами чем-то напоминали длинные, высокие фужеры.

Каблучки их туфель слегка стучали о деревянный настил пола, а на, зачастую, оголенных плечах лежали меховые накидки из белого песца, лисы или норки. В сложных прическах застыли какие-то не менее интересные украшение из перьев, либо же голову прикрывали шляпки.

Напротив них или же рядом сидели кавалеры. Большинство, как один, тучные, с животами, в строгих черных костюмах с белоснежными, хрустящими сорочками. Запонки и пуговицы на их одеждах блестели драгоценными камнями и…

Арди присмотрелся — у всех, как у женщин, так и у мужчин, на запястьях или пальцах обнаруживались драгоценности.