За Алексеем было уже человек пятнадцать, пребывающих в сладкой нирване сна, когда он наконец встретил мужчину в новеньком камуфляже, с пистолетом на боку, с выдающимся брюшком, который шел по коридору, громко бухая сапогами и недовольно хмуря брови.

С таким лицом могут ходить только начальники, решил Алексей, крепко приложив мужчину по темечку и затащив бесчувственное тело к насосам, где и привел в себя, для плодотворного разговора. Поскольку мужчина был привязан к кожуху насоса, нагретого до шестидесяти градусов, он быстро проскочил стадию угроз и ругани, и уже минут через пять, ошалев от боли, каялся во всех грехах, вспомнив даже обман школьного учителя. На этом фоне информация о том, где находятся бомбы, проскочила словно таракан по кухне. Незаметно и беззвучно.

План убежища во всех подробностях хранился в памяти импланта, поэтому Алексей свободно ориентировался в переходах и технических коммуникациях, предпочитая двигаться не по коридорам, а по служебным каналам, где меньше было риска встретить кого-то из новых жильцов.

Оставив заместителя начальника отряда храмовой стражи отдыхать от пережитого волнения под насосом, Алексей забрался в переплетение труб, туда, где был незаметный лаз на третий этаж с технического уровня, и немного перекусил, даже сумев разогреть тонг на маленькой горелке. Именно на запах этого напитка полез в вентиляционную шахту младший наставник Рухол, полагавший, что где-то на технических уровнях расслабляются механики, которые все никак не могут наладить поступление горячей воды в убежище.

Шум и пыхтение священника было слышно за десять метров, и когда из отверстия воздуховода показалась голова, вымазанная в пыли, Алексей почти допил напиток. Но чтобы это «почти» превратилось в «совсем», в голову незадачливого церковника уперся вороненый ствол «карсала», а чтобы тот максимально прочувствовал ситуацию, звонко щелкнул взводимый курок, а ствол въехал в рот.

С расширенными от ужаса глазами Рухол смотрел, как спокойно попивает тонг молодой парень в чуть потертом гератском камуфляже, и молил всех богов, чтобы не дрогнул его палец на спусковом крючке.

Тем временем Алексей допил ароматный напиток и, выплеснув гущу куда-то вниз, спрятал чашку в кармашек рюкзака, затем убрал горелку и, затянув одним движением горловину, закинул его себе на плечо.

– Ты, наверное, хочешь мне сказать, что давно уже ждете меня, да?

Младший наставник смог только едва заметно кивнуть, не сводя глаз с пальца на спусковом крючке.

– Ну и славно. – Алексей чуть подернул ствол вверх, и церковник, словно рыба на крючке, постепенно вылез из люка. – Давай устраивайся здесь, а я пока навещу твое начальство. – И погрузив незадачливого священника в глубокий сон, полез в люк.