Она просто наслаждалась прекрасной едой, вкусным вином и компанией веселого, счастливого мужа. Он сыпал комплиментами, обещаниями, но, что больше всего ей нравилось, еще и рассказывал о своей далекой родине. И, как мог, объяснял откуда берутся драконы.

— Мы рождаемся людьми, а дракон приходит позднее. Именно поэтому мы остаемся живы, когда умирает наш дракон. Нас как бы двое. Но не совсем. Понимаешь?

— Как бы понимаю, — кивнула Грета, — но не совсем.

— Смешно, — оценил Алистер. — Но ровно тоже самое могу сказать и я. Этот вопрос изучается крайне медленно, потому что это никому особо и не интересно.

— Как же так? — поразилась Грета.

— А вот так, — улыбнулся некромант. — Тебе самой-то интересно почему ты можешь колдовать? И почему делаешь это именно так, а не иначе?

Склонив голову к плечу она неуверенно пожала плечами:

— Стало интересно, когда перестала контролировать дар.

— То есть тогда, когда прихватило, — кивнул дерр Ферхара. — Вот у нас так же. Я начал искать только тогда, когда потерял дракона.

— И не нашел?

— Я стал некромантом, — он криво усмехнулся, — и не хватило ума об этом промолчать.

Не хочу о грустном, давай о веселом.

Но разговор уже не клеился, так что свернув почти-свидание они разошлись по своим комнатам. Алистер только предупредил, что за соискателями будут следить и конфликтовать с придворными нельзя. Точнее, нельзя, если есть желание победить. А так — можно.

— Я так вообще считаю, что половину надо проклясть, четверть убить, а из остатка могут получится прекрасные умертвия. Доброй ночи, жена моя.

— Доброй, супруг мой милосердный.

Глава 7

Всю ночь Грета блуждала по лабиринтам своего разума. Как когда-то давно, в детстве.

Бабушка утешала внучку каждое утро — «Все в порядке, так и должно быть. Ты просто обретаешь контроль над даром». И вот, эти бесконечные блуждания вернулись. С одной стороны это радовало — скоро ее муки закончатся. С другой — это невероятное испытание для нервов, ведь во сне она не понимала, что все в порядке, что так и должно быть. Нет, лабиринт пугал именно тем, что выглядел и ощущался как настоящий, реальный. И проснувшись среди ночи, с колотящимся сердцем, Грета с огорчением поняла, что как и в детстве у нее ноют все мышцы. А значит утром она будет чувствовать себя так, будто действительно всю ночь где-то бродила.

Так оно и случилось. Она засыпала и просыпалась и раз за разом оказывалась в извилистых коридорах собственного разума. Увы, если уж дар пошел в разнос, то пока все не закончится сны не уйдут.

«Зато есть ценный опыт», — подумала Грета, набирая горячую ванну и забираясь внутрь. Благо, что до завтрака еще полтора часа и она успеет прогреть мышцы.

Но даже после горячей ванны было трудно передвигаться.