— А работа на кладбище приносит мне пятьсот в месяц плюс чаевые.

— Чаевые? — Кажется, Аресу снова удалось его удивить.

— Ну, крест на могилке поправить, веночки разложить по фэн-шую. Еще кое-что по мелочи.

— И сколько у тебя выходит с чаевыми?

— Семьсот, — признался Apec. — Максимум.

— То есть, за семьсот баксов ты согласен сопроводить меня в болотную глухомань?

— Дорожные расходы за твой счет.

— Договорились. — Стэф огладил свою бородень. Жест этот сделал его похожим на попа. Apec едва удержался от улыбки. — Выезжаем завтра утром.

— То есть? — Вот и пришла пора Ареса удивляться.

— Завтра в пять утра я буду у тебя. Назови свой адрес.

— И ты не хочешь спросить, как далеко нам нужно ехать?

— По пути разберемся.

Стэф вытащил из кармана бумажник, отсчитал деньги, придвинул к Аресу.

— Здесь две с половиной тысячи. Триста — компенсация морального вреда.

— Нет у меня никакого вреда, — пробормотал Apec, засовывая баксы во внутренний карман джинсовки. — Завтра в пять буду как штык!

Глава 5"

"Из дремы Стешу выдернул стук в дверь. Она вскинулась, затрясла головой, пытаясь понять, где она и что происходит, пытаясь вернуть сознанию хоть какую-то ясность. Стук повторился. Стеша посмотрела на настенные часы. Четверть шестого. Можно считать это время рассветным?

Она встала из-за стола, прокралась в сени, замерла у двери, прислушалась. С той стороны больше не доносилось ни звука, и Стеше начало казаться, что ей все приснилось. Она уже собиралась отойти от двери, когда услышала слабый стон.

— Бабушка? — Стеша прижалась ухом к двери. — Бабушка, это вы?

— Открой, — послышалось с той стороны.

Голос был такой, что не понять, баба Марфа это или кто-то из тех, других. Стеша затаила дыхание.

— Это я. Открывай, Стэфа!

Голос сделался чуть громче, а интонация, с которой произнесли ее имя, не оставляла никаких сомнений. Да и Стэфой ее звала только баба Марфа. Родители и Катюша всегда называли ее Стешей, а преподаватели в мединституте — полным именем. Стефания. Но сейчас это было совершенно не важно! Дрожащими руками, стараясь не коснуться висящего на двери черепа, Стеша отодвинула засов и приоткрыла дверь.

Баба Марфа сидела на крыльце, привалившись спиной к стене. От нее пахло гарью, а от полушубка поднимались струйки дыма, как от того страшного существа… Стеша вздрогнула, попыталась закрыть дверь.

— Это я, Стэфа! — сказала баба Марфа ворчливо. — Не бойся, уже утро.

Стеша боялась, но не за себя, а за Катюшу. Не могла она рисковать жизнью сестры. Но и бросить старого человека на морозе она тоже не могла.

— От вас идет дым, — сказала она шепотом.

— Ночь с угарниками провела. Чему удивляться?

— Угарниками?

— Помоги встать, Стэфа. Сил никаких нет.

Стеша выскользнула на крыльцо, подхватила бабу Марфу за подмышки.