Как ты думаешь, почему ты всегда обладала большей силой, чем они? И почему, по-твоему, они всегда с готовностью уступали тебе – младшей сестренке? Да потому что ты – это они! Ну а теперь ступай! Иди и разберись во всем сама. И когда найдешь книгу, которая поведает тебе и их, и мои секреты, которые мы столько лет скрывали, тащи ее сюда. Когда ты принесешь все эти тайны мне и Легендарной, то сразу поймешь, что я говорила правду. И только тогда ты захочешь помочь мне!

Отражение Цирцеи в зеркале перевело взгляд на Нянюшку, безмолвно спрашивая, что ей теперь делать.

– Ступай, моя милая. Делай, что она говорит! – велела ей Нянюшка. – Убедись во всем сама, а потом принеси книгу сюда, в замок. – Затем Нянюшка обратилась к Тьюлип и Попинджею. – Лапушки мои, я вовсе про вас не забыла. Тьюлип, не могли бы вы с Попинджеем прямо сейчас заняться тем, о чем мы с вами договорились?

– Да, Нянюшка, конечно, – спохватилась Тьюлип, почти успевшая забыть, что им полагается подготовиться к встрече Феи-Крестной и трех добрых фей.

– Вижу, ты опять командуешь всеми, как дирижер, – съязвила Малефисента.

– Малефисента, прекрати! – прикрикнула на нее Нянюшка. – Ты так ничего и не услышала из того, что я тут говорила? Я любила тебя! Я любила тебя больше, чем кого бы то ни было в жизни. Любила тебя как собственное дитя. И до сих пор люблю. Прошу тебя, перестань подозревать меня во всех грехах!

Тьюлип и Попинджей сразу почувствовали себя так, будто подслушивают, причем очень личный разговор. Они как можно незаметнее выскользнули за дверь, стараясь не прерывать беседу между матерью и дочерью. Ведь как еще можно было назвать Нянюшку и Малефисенту?

По крайней мере, когда-то они ими были.

Глава 24

Любовь Попинджея"

"Выйдя в коридор, Тьюлип неслышно прикрыла за собой дверь и наткнулась взглядом на Хадсона – тот, как обычно, дежурил рядом в ожидании, не понадобится ли Нянюшке или Тьюлип его помощь.

– Хадсон, прошу тебя, ступай вниз и отдохни, – сказала ему Тьюлип. – Если ты вдруг понадобишься Нянюшке, она позвонит. Ты целыми днями на ногах. Так и заболеть недолго! Пожалуйста, послушай меня и побереги себя.

Хадсон старался выглядеть молодцом, но было видно, что разрешение отдохнуть он воспринял с большим облегчением.

– Если сейчас я ничем не могу быть вам полезен, принцесса, то я действительно пойду к себе.

– Спасибо, Хадсон, – улыбнулась Тьюлип. – И когда спустишься, передай, пожалуйста, Виолетте, чтобы накрывала к чаю в саду, в пять часов. Я буду принимать гостей из Страны эльфов и фей.

– Да, принцесса. – Хадсон поклонился и удалился в исполинское нутро замка, где жила и трудилась прислуга.

Тьюлип вдруг пришло в голову, что замок напоминает большой корабль, а Хадсон бессменно стоит у его штурвала.